ГоловнаКультура

Нотатки режисера. Той самий барон

У нашего славного барона юбилей, да ещё какой - 14 сентября Эдуарду Александровичу фон Фальц-Фейну исполнилось ровно 100 лет! Я рад, что в своё время мне удалось встретиться и побеседовать с этим интереснейшим человеком. Тогда, в конце нашего долгого разговора, он торжественно преподнёс мне роскошно изданную книгу мемуаров своего тестя - директора Пажеского Его Императорского Величества корпуса генерала Н.А. Епанчина. Я же, к немалому удовольствию высокого гостя, вручил ему в подарок внушительную подборку монет когда-то отчеканенных в СССР к Олимпиаде-80 в Москве. Всё прошло очень хорошо и все остались весьма довольны!

Анатолий Борсюк Анатолий Борсюк , режиссер, тележурналист

Тот самый барон
Фото: wikimedia.org
Тот самый барон

Но кто же он такой, этот важный господин Фальц-Фейн, возможно спросите вы? А это, отвечу я вам, ещё один почти забытый нами славный наш земляк, коим и доныне несть числа.

Ведь родился будущий барон фон Фальц-Фейн 14 сентября 1912 в Украине, в селе Гавриловка Херсонской губернии. Его отец, Александр Эдуардович - агроном, родной брат основателя знаменитого нашего заповедника «Аскания-Нова» Фридриха Эдуардовича Фальц-Фейна. Мать, Вера Николаевна — дочь того самого генерала Епанчина.

Барон Фальц-Фейн уже много лет гражданин княжества Лихтенштейн. Известный в прошлом спортсмен, журналист и удачливый бизнесмен. Отчаянный альпинист, велогонщик и автомобилист. Знаменитый коллекционер и меценат. Основатель и многолетний председатель Национального Олимпийского комитета княжества. Да ещё и страстный сердцеед!.. Живёт наш барон всё там же, в столице Лихтенштейна г. Вадуц, в своей вилле под названием «Аскания-Нова».

Ф-Ф - Могу похвастать – в молодости я был красив! Льстецы говорили, что я был даже красивее князя Феликса Юсупова, всеобщего любимца женщин. Но он - бисексуал, а во мне течет кровь Фальц-Фейнов. Все Фальц-Фейны были Казановы, и мне нужно было достойно продолжать семейные традиции. Но у меня святой принцип – «мои» женщины должны быть незамужними. Зачем создавать проблемы себе и другим? Зачем дуэли? Когда я был женат, всегда оставался верным мужем и думал только о своей семье. А в остальное время я думал о других. И о другом…

Вы знаете, до революции у меня были четыре няни: англичанка, немка, француженка и русская. И мы каждую неделю говорили только на одном из этих языков. И когда в 18-м году меня пятилетнего мама забрала из России, и мы приехали в Германию, оказалось, что я свободно говорю по-немецки. Потом мы переехали во Францию – я говорю по-французски. А когда поймал жену – говорил по-английски. Это всё благодаря няням.

И я почему говорю об этом: за границей, когда мы попали сперва в Берлин, мама ходила в православную церковь, а мы с няней в - лютеранскую. И в один прекрасный день я пришёл с лютеранской службы и говорю маме: «Ты знаешь, ты меня недавно брала в православную церковь. Мне так понравилось: там так чудно поют! Бери меня всегда с собой! Не хочу больше идти в лютеранскую церковь - там сухо так, мне неприятно». А папа ведь был композитор, так что я получил от него эту любовь к музыке. И мама мне говорит: «Я тебя с удовольствием буду брать в мою церковь! Если ты хочешь стать православным, я это могу устроить». И в 1923-м году я согласился и стал православным. Первый в семье Фальц-Фейн, кто стал православным.

На роду написано быть Казановой
Фото: www.jke.li
На роду написано быть Казановой

А.Б. - И первый Фальц-Фейн, который приехал в СССР!

- Я всю жизнь мечтал попасть на мою Родину, посмотреть, что мои предки создали здесь - здесь же должны быть чудеса! Я бы хотел знать и посмотреть своими глазами, что они сделали. И я старался, старался, но меня же не принимали в посольстве! Меня же выгоняли из посольства, когда я попросил визу, разрешение приехать! Мне говорят: «Здесь не место для эмигрантов. Тебя никто на Родине не ждёт».

- Это ещё при Советском Союзе было?

- Да. Я говорю про те времена. Я ведь хотел уже давным-давно приехать! Какая им разница – иностранцы приезжают для туризма! А мне не давали визу! Я для них был эмигрант, несмотря на то, что я теперь гражданин маленькой страны Лихтенштейн, это нейтральная страна. Но для них это не важно!

По происхождению я – украинец, который пятилетним уехал. И стал человеком, чей приезд не желаем, и в особенности - поездка в Асканию-Нова. Я всё время старался, старался, но они меня не принимали в посольстве. И что меня спасло – это Олимпийские Игры! И вот чем я смог помочь Москве: у меня двое родственников в Международном Олимпийском комитете, который выбирает место проведения следующей олимпиады. Вы это знаете?

- Да, я читал об этом.

- Представителем Финляндии Эрик фон Френкел был мой дядя со стороны матери. А отец моей жены был представителем Англии в Международном Олимпийском комитете. Я им обоим сказал: «Помогите мне и помогите Москве получить олимпиаду. Сделайте мне это удовольствие! Скажите своим друзьям - их было тогда 80, теперь их 180! - делайте пропаганду, чтобы они отдали голос за то, чтобы Москва получила. Сделайте мне это удовольствие!».

И накануне, когда были выборы, Москва сражалась против Лос-Анджелеса в Америке, я вижу моего друга – русского министра спорта Павлова, который нервничает: получат ли они Олимпиаду на следующий день, когда будут выборы, или нет. Я говорю: «Что ты нервничаешь? Иди в постель! Получит Москва!».

Я ему сказал накануне, сколько он получит голосов, потому что мои родственники мне сказали – приблизительно будет так и так. На следующий день выборы. Москва выиграла, и я ошибся на один голос! И этот Павлов был удивлён: как, откуда я это знаю?! «Как я знаю? Я ж тебе сказал, что всё устрою. И мои родственники мне уже говорили. И вот результат!». Он так был потрясён, что я это всё мог устроить! Так что они знают в Москве, что это благодаря мне получили Олимпиаду.

- И за это вас свозили на часок в Асканию-Нова.

- Вот именно, на часок, да... И приняли меня, как мордой об стол!..

- Но, несмотря на эту обиду, вы всё же продолжили сотрудничать с СССР. Почему?

- Потому что мне скоро сто лет, а на кладбище не возьмёшь деньги, которые я зарабатываю благодаря моему уникальному магазину – я же «Король сувениров»! Вы же знаете, что у туристов не все дома, они каждый раз должны покупать такое барахло, когда они едут в Венецию, или в Париж, или в Лондон! Покупают, покупают сувениры, а потом в конце года, когда чистят дом, выбрасывают эти вещи ни на что не годные. А на будущий год снова покупают! Так что благодаря этим туристам я зарабатываю большие деньги.

Любовь к Родине иногда творит с людьми совершенно удивительные вещи
Фото: www.jke.li
Любовь к Родине иногда творит с людьми совершенно удивительные вещи

И часть я вкладываю в покупку антикварных вещей, которые украли когда-то из Украины или из России. Я нахожу, что это очень жалко, что люди не могут получить обратно своё. То, что ты украл, отдай мне – я тебе твоё тоже отдам. Это моё мнение, и я думаю, что я умею это делать, потому что я же устраивал уникальные вещи!

Вы знаете, что у моего князя Лихтенштейна русские украли, когда входили в Австрию, из княжеского дворца, в Вене был большой дворец, и они украли весь архив – весь архив! – и увезли с собой. Князь меня попросил: «У тебя такие чудные связи в России. Найди мне этот архив!».

И я нашёл архив! Знал, где он лежит, пошёл в правительство и сказал: «Лихтенштейн не воевал. Так что вы не имели права забрать эти вещи». Они говорят: «Наши войска не знали, куда входили. Австрия же воевала против нас, значит, это было в Австрии, где мы всё забирали. А вы теперь говорите, это принадлежит князю, который не воевал». А потом говорят: «Если бы вы могли нам тоже что-то передать, что-нибудь. Или заплатить», - и так далее. Это в первый раз я услышал: да, украли, но чтобы получить обратно – плати! Как же так? И тогда князь – он милейший человек, мой сосед – купил архив Соколова на аукционе в Лондоне.

- Это какого Соколова, Николая?

- Соколов – это тот человек, который сделал архив и доказал, как убили царскую семью.

- Ну, да - это и есть тот следователь, Николай Соколов. Понятно! Его Колчак назначил в 19-м году, если я не ошибаюсь.

- Это знаменитый архив, который принадлежал князю Орлову, жившему в Париже. Когда он умер, дети хотели продать этот архив в Лондоне, на «Sotbey’s». Я князю говорю: «Ты купи этот архив: историки в России должны знать, как убили царскую семью». А там было точно всё сказано. Этот Соколов был прокурором тогда. В точности написал, где и как убили царскую семью. И историки в России должны были иметь этот архив.

Но платить 300 тысяч долларов за это у них денег не было. Ну, когда продавали этот архив, никто не купил – слишком дорого. Русские пришли - 100 тысяч долларов в кармане было - но не хватило. Значит, архив там и остался. И тогда князь поехал в Лондон, договорился с «Sotbey’s» и получил его за меньшие деньги. И потом он отдал архив Соколова историкам в России и получил свой архив обратно.

Но это странные вещи! Это никто так не делает: что-то давать, чтобы получить обратно то, что у тебя украли!

- А вы же вернули в Украину ещё и архив Сержа Лифаря, вашего близкого друга.

- Да.

- Это его Парижский архив был, да?

- Да. Серёжа Лифарь был большой-большой мой друг. Приезжал очень часто ко мне, жил у меня, писал свои книги, собирал все свои документы и фотографии. Ну, вот. И в один прекрасный день он мне говорит: «Эдуард, продаётся мой архив в Монте-Карло. Мне нужно жить, денег нету. К сожалению, продаю. Приезжай, я тебе буду говорить, когда нужно что-то купить, какие-то ценные вещи, которые не слишком дорого пошли». Так я и купил часть архива Дягилева, который Серёжа Лифарь получил от знаменитого антрепренёра.

- Вы так скромно говорите: часть архива Дягилева, но вы же самую лучшую его часть купили!

- Да, самую лучшую часть! И когда я встретил за границей академика Патона, я спросил: «Как мне быть, чтобы попасть в Асканию-Нова? Чтобы меня приняли на уровне так, как полагается?». Он говорит: «Всё в порядке, я тебе это устрою». И он мне дал чудного человека, его секретаря, который мне устроил поездку. И чтобы поблагодарить за то, что он мне устроил приём на уровне, как полагается принимать человека, который любит свою Родину, я им подарил этот архив Серёжи Лифаря, и привёз также чудный его чемодан, который вы можете посмотреть в вашем историческом музее.

Эдуард Александрович фон Фальц-Фейн - чудак, который покупает исторические ценности и дарит их Украине
Фото: www.jke.li
Эдуард Александрович фон Фальц-Фейн - чудак, который покупает исторические ценности и дарит их Украине

- И это же ещё не все ваши подарки Украине?

- Конечно! Вот в Ливадии был уникальный ковёр-гобелен, который изображал царскую семью – царь, царица и наследник. Это персидский шах подарил, когда праздновали 300 лет Дома Романовых. А я его нашёл в Германии благодаря Юлиану Семёнову, который мне сказал: «Вот, приезжай завтра сюда, будет аукцион. Ковёр японец не имеет права покупать – пропадёт навсегда. Это история нашей Родины. Покупай!». Я говорю: «Не могу приехать! У меня столько туристов!». Это было в июле, тысячи туристов я принимаю в день в моём офисе! Куда же мне – бросать всё и покупать гобелен царской семьи?! И он мне говорит: «Ты покупай по телефону. Возьми телефон, позвони, а я тебе буду говорить да или нет».

И он мне купил этот ковёр. Я потом послал ковер в Ливадию, и он теперь опять висит там на том же самом месте, где он раньше был. Так что они всем туристам рассказывают: «Вот, есть такой чудак, который покупает такие вещи, и нам подарил - это барон Фальц-Фейн из Украины». Одним словом, я, по-моему, единственный был барон у вас в Украине, да?

- Пока – да. Единственный.

- Пока. А вы думаете, что ещё будут?

- Ну, я очень надеюсь, что вы всё же найдёте у нас себе баронессу.

- Ну, если хотите в этом вопросе обсуждать мою жизнь – пожалуйста, милости просим!

- А почему бы и нет, действительно, это было бы очень интересно! Ведь вы были женаты уже дважды?

- Да, но я в третий раз уже не хочу… Я два раза нашёл себе жену, но в третий раз не возьму. Потому что, вкратце расскажу, первая жена была англичанка. Она была из одной важной семьи, дочка лорда Ноэля Кертисс-Беннета, он был секретарём короля ГеоргаV. И я получил не жену, а получил - страну. Всё, что английское – это замечательно; всё, что не английское – … Она прогнала всех моих друзей, которые не были англичанами. Но всё, что английское – это уникально. Например, каждый знает, что «Mercedes» чудный автомобиль, один из самых лучших. «Нет, нужно купить «Jaguar» - английский. Если ты меня любишь – продай «Mercedes», покупай «Jaguar». Ну, хорошо. Я один раз это сделал. Или был такой разговор, я говорю: самый лучший шоколад – швейцарский. «Нет, английский!». И так далее. И у нас были ссоры с утра до вечера.

В один прекрасный день подвернулся один американец у меня в офисе, американский писатель, он пришёл ко мне и сказал: «Найдите мне домик здесь, чтобы я мог здесь жить и писать новые романы». Он уникальные книги писал, его звали Пол Галлико. И вот поселился. В один прекрасный день пригласил мою жену и меня к ужину, чтобы сказать спасибо за то, что я ему дал разрешение жить там. Он и моя жена так подружились! Я неважно говорил по-английски тогда, и она так довольна была, что с настоящим писателем она могла «шпарить» по-английски. И оба влюбились! И в один прекрасный день они решили себе устроить свадьбу.

- Действительно прекрасный день, да?

- Понимаете, он меня освободил от Англии. А сам получил новую жену. Он уже был женат, тоже оставил свою жену – она была венгерка. И вот они поселились в Монте-Карло. И случилось так, что через несколько лет он умер. А я ещё был холостым, и моя бывшая жена позвонила мне: «Конечно, мне трудно тебя попросить меня взять обратно… но если можно – я завтра приезжаю». А я уже имел подружечку!.. Так что это некстати. Я сказал: «Извиняюсь, но я уже занят». – «Ну, хорошо», - и она осталась в Монте-Карло. А так как она, благодаря мне, была хорошо знакома с князем Монако, то попала во дворец и до сих пор там самая главная дама в Монте-Карло. Так что если когда-нибудь вы поедете туда – привет от меня. Она меня ещё очень любит, и она вам там покажет Монте-Карло!

Теперь мы знаем, что сказать в Монте-Карло, чтобы нас приняли за своих
Фото: www.jke.li
Теперь мы знаем, что сказать в Монте-Карло, чтобы нас приняли за своих

- Так, это был ваш первый опыт. Что же было дальше?

- Ну, вот. А второй раз я так прожил десять лет. У меня девушек много было, очень много. Но я имел уникальный дар в моей жизни: когда я выбираю жену, я неправильно поступаю. Потому, что я влюбился два раза, и каждый раз - через две недели свадьба. Я же их совсем не знал! Ну, и второй раз вышла печальная вещь, потому что она была наркоманка. Вы знаете, когда женщина хочет поймать мужа, она показывает самые лучшие взгляды, она же не показывает, что она неправильно делает. И, конечно, скрыла от меня, что она наркоманка. И в один прекрасный день она слишком много этой гадости взяла, и умерла. Так что я во втором браке - вдовец. А в третий раз, извиняюсь, в третий раз - я не попробую. И теперь, всё равно мне слишком поздно этим заниматься. Но подружечек у меня достаточно!..

-А вот скажите, почему ваша дочь Людмила, ваши внуки и все прочие близкие вам люди, ваши потомки, позвольте их так назвать, они не испытывают по отношению к вашей исторической родине – я имею в виду Украину, Россию, и даже к тому месту, где вы родились, Аскания-Нова - тех чувств, которые испытываете вы?

- Да.

- С чем это связано? С тем, что они всю жизнь прожили в отдалении от этих мест или с тем, что вам не удалось эту любовь им привить?

- Да, и это моё несчастье в моей теперешней жизни. Моя дочка (баронесса Людмила фон Фальц-Фейн была прима-балериной лондонского театра «Palladium», где выступала под псевдонимом Людмила Нова – А.Б.), к сожалению, не интересуется и не понимает мои стремления вам помочь, помочь Украине, отдавать антикварные вещи, и заниматься развитием Украины. Она не понимает. Но я и не могу её винить, потому что она в первый раз поехала со мной в Асканию-Нова, где нас тогда так ужасно встретили. Говорит: «Папа, я сюда больше никогда не приеду. Ты же видишь, что люди тебя не любят!». И в особенности, когда мы попали в Гавриловку, где дворец, который – чудный был дворец! – который папа построил, сожгли во время революции. Это руина!..

А я смотрю на эту руину и говорю моей дочери: «Видишь – там, в этой комнате, я родился в 12-м году». И она мне говорит: «Папа, как ты можешь смотреть на такой ужас? Я сюда не приеду, потому что я не могу на это смотреть». А я это просто принял к сведению, что не дворец, а руина, и мне это не мешает туда ехать. Самое главное, что туда попадаю, гуляю и знаю, что здесь – это моё место и так далее.

- То есть, похоже, что связь с Украиной на вас и прервётся?

- Я не знаю. Мне это очень больно, потому что она всё-таки моя дочка. Она вышла замуж за голландца, значит она стала голландка. И занимается работой мужа. А что папа – сумасшедший человек по поводу сохранения истории и культуры Украины – этого она не понимает.

Но я имею, с другой стороны, чудного племянника, которого я взял с собой в Асканию-Нова. Ему 40 лет. Я его привёз сюда и показал Асканию-Нова. И у него есть мальчик, сын 10-ти лет, милейший, милейший мальчик! Так что следующие сто лет фамилия Фальц-Фейн будет продолжаться!

- А значит можно надеяться, что ближайшие сто лет Фальц-Фейны и Украина по-прежнему будут вместе?

- (Улыбается, уверенно кивает). И ещё как!..

С Днём рождения Вас, дорогой Эдуард Александрович, с замечательным юбилеем! Многая Вам лета!..

Анатолий Борсюк Анатолий Борсюк , режиссер, тележурналист