Спецтема

Реквієм за гривнею

Печать

Так и не прислушавшись к причитаниям власти о валютной стабилизации (которая должна была утвердиться сразу после получения первого транша МВФ), гривна возобновила свой девальвационный тренд.

Катастрофически обвалив гривну в феврале, в первой половине марта центробанк начал демонстрировать усердную борьбу со своими провалами и потерями. Это уже становится "правилом" – вследствие своих нерациональных действий и красноречивых бездействий монетарные власти создают критическую ситуацию, а затем мужественно борются с симптомами (но никак не причинами или источниками). Так и в начале марта – благодаря административным усилиям, в т.ч. фактическому запрету импорта – гривна "стабилизировалась" на уровне, указанном президентом – около 22 гривен за доллар США. Однако, лишь легкий намек на то, что административные ограничения могут быть смягчены (вследствие пополнения резервов НБУ), подтолкнул гривну к новому витку девальвационно-инфляционной спирали.

Фото: LB.ua

Что, собственно, подтвердило саморекламируемую "независимость" НБУ: с одной стороны, поведение валютных рынков в Украине не зависит от усилий центробанка, с другой – его (центробанка) действия не зависят от реальных состояния и потребностей валютных рынков страны. И, как следствие, – дальнейшая потеря гривной своей ценности и национальной значимости, а с ней – и остатков доверия к власти в ее способности спасти национальную денежную единицу.

Отметим, по результатам социологического исследования Центра Разумкова, проведенного в начале марта 2015 года, более 77% респондентов НЕ поддерживают деятельность НБУ.

Пока эмоциональная волна новых гривневых "перспектив" не захлестнула, о каких социальных следствиях следует напомнить?

Высокие текущая инфляция и инфляционные ожидания

Приходится снова напоминать, что стоимость подавляющего большинства товаров так или иначе сориентирована на валютную динамику (нравится ли власти это или нет). В равной степени, уже установились неформальные ценовые "связи". Так, какова бы не была экономическая динамика или какое бы администрирование на потребительских рынках не инициировалось, но каждый продавец/покупатель на городских базарчиках знает, что, скажем, литр бензина "стоит" 2-2,5 литра молока, а килограмм сахара – 1,5-2 буханки "нормального" хлеба.

И другая сторона. С начала года значение курса доллара выросло на 40% (без учета февральского шока), а, скажем, биржевая стоимость фуражного зерна или кукурузы – на 30%. Понятно, что подобные изменения непосредственно обуславливают соответствующий рост стоимости продуктов хлебобулочной и мясо-молочной промышленностей (а с ними – и всего спектра продуктов питания), и никакие проверки антимонопольного комитета не смогут существенно изменить динамику потребительских цен.

Фото: Макс Левин

Поэтому, в условиях дальнейшей стремительной девальвации, даже если потребительские цены не среагируют быстро на скачок курса, возросший спрос на отечественные товары (при вытеснении удорожавших импортных) спровоцирует устойчивое повышение внутренних потребительских цен и даже появление дефицитов на относительно дешевые "социальные" товары. Тем самым – гривна утрачивает свои свойства средства платежа.

«Истощение» среднего класса

Устойчивый рост цен в условиях консервации зарплаты и доходов работников, роста налогообложения пенсионеров означает выталкивание в сферу бедности тех, кого можно было бы отнести к среднему классу, прежде всего – ученых, квалифицированных учителей, преподавателей, медиков. Фискальное ограничение таких категорий на дополнительный заработок попросту ускорит деформирование человеческого капитала. Вслед за этим и малый бизнес потеряет своих потребителей и клиентов, что в совокупности приведет к заметному снижению совокупного спроса, а с ним и усилению рецессии.

И политическое заявление, что благодаря пенсионным ограничениям удалось остановить падение гривны (!?), в «лучшем» случае, свидетельствует об уровне экономической грамотности. А в целом – подтверждаются намерения власти и в дальнейшем свои провалы и упущения покрывать излюбленным инструментарием – ограничениями и изъятиями (при том, что нет в мире примеров, когда благосостояние страны достигалось за счет указанных инструментов).

Потеря сбережений

Девальвация, сопровождаемая инфляцией, означают потерю не только текущих потребительских возможностей, но практически делают невозможными сколь-нибудь значимые накопления. Потеря покупательной способности гривны в реальной экономике дестимулирует население к сбережениям, а сама гривна перестает быть средством сбережений.

Фото: Макс Левин

Руководство центробанка пытается доказать, что ослабление банковской системы и жесткие ограничения для населения в доступе к их сбережениям являются следствием паники и оттока депозитов. На самом деле ситуация противоположная – именно недоверие к центробанку, сомнения в его способности и готовности защитить гривну и спасти сбережения, принудительные конвертация и ограничения в доступе к валютным средствам являются причинами оттока депозитов, выведения валюты из банковской системы.

И увеличение продажи населением наличной валюты в последнее время (что, по версии НБУ должно свидетельствовать о восстановлении доверия населения к его политике) на самом деле происходит не от "хорошей жизни". Скорее население вынуждено увеличивает продажи валюты, чтобы за счет своих валютных сбережений предыдущих лет хоть как-то поддержать свой потребительский уровень.

Вытеснение инвестиций

Между тем, уже сегодня доля потребления в структуре ВВП превышает 90% – фактически едва ли не все текущие доходы население тратит на физическое выживание. Сегодня стимулы населения к сбережению для инвестиций напрочь отсутствуют. Более того, власть усиливает вымывание "оставшихся" инвестиционных ресурсов через: расширение налогообложения, в т.ч. доходов от депозитов, обязательную конвертацию полученных из-за рубежа валютных средств. Заметим, последние играют значительную роль в частном жилищном строительстве, открытии бизнеса и т.п. Так, если в прошлом году переводы в пользу физических лиц превысили $8,5 млрд., то в этом году они снизятся не меньше, чем на треть, а значит – заметно ограничатся и соответствующие расходы.

В таких условиях, возможности формирования внутреннего инвестиционного потенциала дискредитируются, что не только сводит на нет возможности модернизации экономики, но и подталкивает к утрате любых перспектив социального обновления даже в среднесрочной перспективе.

Сомнительными также выглядят и перспективы повышения устойчивости банковской системы. Напомним, доверие к финансово-банковской системе страны разрушается легко и быстро, а вот восстановление такого доверия – длительный и болезненный процесс. Более того, уже сформировавшиеся рисковые "ловушки" указывают на то, что даже незначительные волнения на валютных и финансовых рынках будут провоцировать паническое спасение населением своих средств, размещенных в отечественной банковской системе, что в очередной раз будет означать удар по инвестициям.

Фото: EPA/UPG

Тем самым – гривней утеряна возможность стать базисом позитивных инвестиционных перспектив.

Усиление макроэкономических дисбалансов

В условиях внешней непривлекательности Украины экономическое восстановление возможно лишь за счет внутренних ресурсов. Однако, институциональные провалы, в т.ч. сформированная слабость национальной валюты и невозможность ее использования из-за высоких девальвационных и инфляционных рисков, существенно сужают внутренние источники и стимулы.

Девальвационный обвал несколько снизил внешнеторговые дисбалансы, но пока не стал фактором ускоренных структурных изменений (без которых улучшение сальдо внешней торговли носит лишь краткосрочный характер). В то же время, совершенно не понятно каков потребительский импорт может оставаться конкурентоспособным после трехкратного роста значения курса, а с ним и соответствующего удорожания импортных товаров.

Между тем, перманентная инфляционно-девальвационная спираль (процесс которой, смею утверждать, не локализован) будет "поддерживать" важнейшие социальные разрывы. Во-первых, значительный рост стоимости импортных техники и технологий, оборудования и т.п. расширяет барьеры инвестиционного и производственного обновления, повышения производительности труда и на этой основе – доходов населения. Во-вторых – консервируются разрывы в жилищно-коммунальной сфере (оплата в долларах за импортные газ и нефть и в гривнах за потребленные населением услуги), что и в дальнейшем будет дестабилизировать гривну, а значит провоцировать негативные факторы дальнейших социально-экономических потерь.

Она от нас уходит…

Теги: банки, НБУ, курс гривны
Печать
Читайте в разделе
Выбор читателей