ГоловнаСвіт

Дивна торгова війна між Японією і Південною Кореєю: образи 80 років потому

В мире разгорелась еще одна торговая война – на этот раз между Южной Кореей и Японией. Ее последствия очень скоро начнут сказываться на всей мировой электронной индустрии. Но на самом деле это не «новая» война, а отголосок старой, настоящей.

Плакат с уведомлением о бойкоте японских товаров в магазине Сеула, Южная Корея, 5 июля 2019.
Фото: EPA/UPG
Плакат с уведомлением о бойкоте японских товаров в магазине Сеула, Южная Корея, 5 июля 2019.

Эхо Второй Мировой

Крупнейшие южнокорейские IT-компании, такие как Samsung и LG Electronics, могут вскоре сократить производство из-за введенного Японией запрета на поставку важнейших материалов. Более того, Япония грозит Южной Корее еще более жесткими экономическим санкциями. Сеул в ответ раздумывает над тотальным бойкотом японской продукции и изгнанием японского бизнеса из своей страны.

Вряд ли, конечно, дело дойдет до полного разрыва экономических связей: экономики двух «азиатских тигров» слишком сильно переплетены между собой. Однако пока все наладится, может быть разрушена целая отрасль, важнейшая для современной промышленности.

Отношения между Японией и Южной Кореей обострились из-за давнего спора, который касается периода японской оккупации Кореи (с 1910 по 1945 годы). В это время Корея не была суверенной – вся власть на полуострове принадлежала японскому генерал-губернатору. С одной стороны, именно в тот период сформировалась современная корейская культура, образование и промышленность.

С другой – в период японского господства корейцы подвергались различным формам дискриминации, их официально считали людьми второго сорта. Кроме того, после вступления Японии сперва в войну против Китая, а потом и во Вторую мировую войну корейцев массово принудительно мобилизовывали и принуждали к тяжелому труду на японских предприятиях в Корее.

Корейские добровольцы в Императорской армии Японии, январь 1943 года.
Фото: Wikipedia
Корейские добровольцы в Императорской армии Японии, январь 1943 года.

В 1965 году Республика Корея заключила с Японией соглашение о единой компенсации по всем претензиям, касающимся колониального периода. Япония согласилась выплатить $300 млн по репарациям (их стыдливо назвали «экономической помощью») и предоставила еще $500 млн в виде кредитов. Вот только соглашение 1965 года никак не регламентировало вопрос индивидуальных исков в адрес Японии от корейских граждан. В этом каждая из сторон осталась при своем мнении. В Южной Корее считают, что межправительственное соглашение никак не учитывало индивидуальные иски. В Японии же настаивают, что фраза в соглашении «любые претензии во взаимоотношениях между странами разрешены окончательно», касается любого гражданина Республики Корея.

Вопрос индивидуальных компенсаций долго не поднимался – пока осенью 2018 года Верховный суд Республики Корея не вынес решение о выплате компенсаций четырем бывшим работникам японской компании (в живых уже остался только один) по иску к Nippon Steel & Sumitomo Metal. Затем в октябре 2018-го Верховный суд вынес постановление, согласно которому Nippon Steel обязана выплачивать южнокорейцам компенсацию за принудительный труд в период Второй Мировой войны.

Японская сторона с решением суда не согласилась, назвала его «немыслимым» и сослалась на то, что этот вопрос страны решили более полувека назад. Последовал и более жесткий ответ: в начале июля 2019 года Япония ужесточила правила экспорта высокотехнологичных материалов в Южную Корею. В перечень материалов, попавших под ограничение, попали фторированный полиимид (используется в дисплеях смартфонов и планшетов), а также фоторезист и фтористый водород, применяемые в полупроводниковом производстве, так необходимые южнокорейским Samsung и SK Hynix.

Несмотря на небольшое количество пунктов в перечне, ответные меры Японии оказались очень действенными, поскольку эта страна производит 90% мирового объема фоторезиста и фторированного полиимида, а также 70% фтороводорода. Правда, пока условия, предъявленные Японией, не подразумевают полный запрет на экспорт перечисленных материалов – речь только об ограничениях на него. Японские экспортеры теперь вынуждены получать разрешение на отправку материалов в Южную Корею, а на это, по японским законам, требуется около 90 дней.

Новинки Samsung Electronics в главном офисе в Сеуле, 31 октября 2018.
Фото: EPA/UPG
Новинки Samsung Electronics в главном офисе в Сеуле, 31 октября 2018.

Фоторезист, фторированный полиимид и травильный фтористый водород – это химически чистые вещества, которые используются во время изготовления полупроводниковых чипов, печатных плат и светодиодных экранов. Рынок этих химических соединений мал в натуральном выражении, однако значителен по стоимости – в 2018 году только фоторезиста различных марок продавали на сумму около $9 млрд.

Кроме того, если для фторированного полиимида и фтористого водорода важна лишь его химическая чистота (это достаточно простые соединения), то для фоторезиста ситуация выглядит куда сложнее. Этот химический компонент практически «намертво» встроен в технический процесс и его точные формулы представляют из себя «ноу-хау» производителей. Поэтому у Южной Кореи возникли серьезные трудности с поиском других поставщиков. Ее корпорации десятилетиями отрабатывали тонкие и капризные технологические процессы с учетом определенной марки фоторезиста, которая теперь может для них стать, как минимум, труднодоступной.

Ситуация осложняется еще и тем, что японские компании, такие, как JSR, TOK Semiconductor, Fujifilm и Shin-Etsu Chemical практически монополизировали рынок самого «тонкого» полупроводникового фоторезиста и доминируют на рынке фоторезиста для TFT/LCD дисплеев. Соседние китайские производители умеют делать только «грубый» фоторезист для изготовления печатных плат, да и сами они подконтрольны японским компаниям. В результате единственной альтернативой для компаний Южной Кореи становится продукция американского концерна Dow Chemical. Но процесс смены фоторезиста в отлаженном техпроцессе может занять годы, а запасы японских поставок закончатся до конца лета.

Пока что противостояние между Японией и Южной Кореей далеко от завершения. Так, правительство Южной Кореи объявило, что подаст жалобу в ВТО, так как считает действия Японии нарушением правил всемирной торговли. В Японии же говорят, что такие меры соответствуют нормам ВТО и принимаются для обеспечения национальной безопасности, поскольку компоненты для технологии полупроводниковой промышленности могут быть применены в военных целях – и экспортное регулирование для них совершенно законно.

Фото: iXBT.com

На самом деле, конечно, решать придется вопрос компенсаций за колониальный период. Здесь речь идет вовсе не об индивидуальном иске 98-летнего Ли Чун Шика, который претендует на выплату $90 тыс. Япония опасается, что это станет опасным прецедентом – и компенсации смогут требовать не только бывшие работники японских компаний в Корее, но их родственники и наследники. Отсюда и максимально резкая реакция Японии в таком, казалось бы, незначительном вопросе. Но и для корейцев истребовать компенсацию – вопрос национальной гордости.

Удар по компьютерной индустрии

Из-за конфликта между Кореей и Японией стали расти рекордными темпами цены на один из самых значимых компонентов компьютерной и мобильной техники – модули оперативной и флеш-памяти. Модули памяти DRAM и NAND подорожали на 15% всего за неделю. Пока, правда, цены поднялись только на спотовом рынке – это рынок, на котором расчет по сделке происходит в течение двух-трех дней с момента заключения договора, на него приходится 10% суммарного объема продаж чипов памяти. Однако эксперты уверены: если конфликт не погасить прямо сейчас, то «ценовая лихорадка» распространится на весь остальной рынок.

«В случае, если страны продолжат конфликтовать, цены на память будут расти не просто стремительно, а как никогда раньше», – цитирует издание CNews аналитика Марка Ньюмана из компании Bernstein. По его словам, на Южную Корею приходятся существенные объемы производства модулей памяти: страна играет ключевую роль на этом рынке, однако напрямую зависит от Японии.

В Южной Корее зарегистрированы и работают компании SK Hynix и Samsung, на которые в общей сложности приходятся 75% поставок всех DRAM-модулей в мире, а также 40%-я доля рынка NAND-памяти. Чипы используются во многих современных видах техники, включая смартфоны, планшетные и настольные компьютеры, ноутбуки и «умные» телевизоры.

DRAM-модули
Фото: 4.bp.blogspot.com
DRAM-модули

Несмотря на существенный вес на мировом рынке памяти, обе компании сильно зависят от Японии, которая поставляет им необходимое для производства чипов сырье – фоторезисты, фтороводород и фторированный полиимид. По данным портала WCCFTech, в период с января по май 2019 г. включительно Южная Корея получила из Японии 94% суммарного объема поставок фторированных полиимидов, 92% поставок фоторезиста и приблизительно 44% фтористого водорода.

Рынок памяти, как DRAM, так и NAND, в первом полугодии нынешнего года переживал не лучшие времена – цены на чипы падали из-за перепроизводства и низкого спроса, результата торговой войной между США и Китаем. Эксперты прогнозировали рекордный спад цен на оперативную и флеш-память в III и IV кварталах 2019-го, вплоть до того, что компании должны были начать работать себе в убыток.

Но конфликт Южной Кореи и Японии меняет ситуацию на рынке. Снижение объемов производства на фабриках SK Hynix и Samsung позволит распродать скопившиеся на складах излишки чипов, даже на фоне низкого спроса. Эксперты пока не говорят о возможном дефиците модулей памяти, но он тоже может отразиться на росте цен. Все это может повлечь удорожание современных гаджетов, компьютеров и носителей информации. 

Войны нового типа

Такое ощущение, что торговые войны «входят в моду». Одна из главных причин – ограниченность ресурсов. В данном случае – одного из главных: людей с деньгами. Японцам надо продавать машины, телефоны, компьютеры – и корейцам тоже. Продавать друг другу не получается: во-первых, ассортимент очень похож, а во-вторых – интересы национальных корпораций разные.

Гибридный автомобиль Toyota Motor Corp. Aqua на производственной базе Toyota
Фото: EPA/UPG
Гибридный автомобиль Toyota Motor Corp. Aqua на производственной базе Toyota

В результате именно географическая близость двух сильных и похожих экономик и провоцирует торговую войну. Причем это «война высоких технологий» – хотя поводом для нее оказались события еще Второй Мировой войны, оружием в ней выступают санкции и пошлины, патенты, лицензии, технологии и монополия на глобальном рынке.

В любом случае, мы видим, как замедление глобальной экономики снова поднимает на поверхность, казалось бы, забытую повестку политического противостояния. В периоды всеобщего роста любые политические разногласия ретушируются и смягчаются, поскольку международное экономическое сотрудничество сулит гораздо больший объем долгосрочных выгод, чем «маленькая победоносная война». Но сегодня выгоды от сотрудничества уже неочевидны – и на повестку дня вновь выходит вопрос политического противостояния.

Андрей Паливода, журналист
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter