ГоловнаСвіт

Чи є наслідки у "берлінського чаювання"

Порошенко действует по логике любого выборного политика – демонстрируя, что Верховная Рада не позволит реализовать навязываемый Украине российский сценарий. А также пугая западных партнеров по переговорам перспективой прихода к власти радикально-националистических сил. Отсюда лавирование и разговоры о выработке «дорожной карты» по «последовательной реализации» соглашений.

Фото: пресс-служба президента

Президенты и дипломаты убеждают общество в том, что на очередных переговорах в нормандском формате достигнут результат. На самом деле никакого реального продвижения к миру на Донбассе не наблюдается. В России это особенно заметно, поскольку российские СМИ в целом хранят молчание о более чем скромных результатах встречи – при том, что даже самые незначительные «успехи» российской дипломатии неизменно преподносятся Москвой как победы всемирно исторического значения и доказательство заинтересованности Запада в урегулировании отношений с Россией.

Ключевые слова, характеризующие безрезультатность встречи – это «никакие документы не подписывались и не планировались к подписанию». И еще: Стороны согласились с тем, что переговоры в «нормандском формате» необходимы, а Минские соглашения не имеют альтернативы.

Последние приведенные тезисы не верны. Существует альтернатива Минским соглашениям – это «Будапешский формат». То есть возвращение в отношении Украины к базовым принципам ОБСЕ, прежде всего в части гарантий территориальной целостности государства.

Если бы российские политики и эксперты были хоть чуточку разумнее, они бы понимали, что агрессия против Украины окончательно оттолкнула ее от того варианта, который в Москве в какой-то момент представляли как желательный: Украина вполне могла бы сегодня быть целостной независимой внеблоковой страной, демилитаризованной с точки зрения огромных по сравнению с нею вооруженных потенциалов все более враждебно смотрящих друг на друга НАТО и РФ, сохраняющей многовекторную политику и поддерживающей вполне дружественные (по крайней мере - экономические отношения) как с Россией, так и с Западом. 

Но неуёмные имперские амбиции, упоение исторической миссией «великой русской нации», якобы братской по отношению к украинцам, надежды развалить украинскую государственность с помощью провокаций, аннексий и имплантации в политическое тело «братского государства» бандитско-террористических псевдо-государственных образований, каковыми являются «ДНР/ЛНР» (отличающиеся от запрещенного в России ИГИЛ в сущности лишь отсутствием в своей идеологии радикально-исламской составляющей, фактически вызвали к жизни как минские договоренности, так и пресловутый нормандский формат. 

Очевидно, что Минские соглашения были подписаны Украиной в условиях тяжелейшего военного поражения. И во избежание катастрофы окруженных украинских вооруженных сил и угрозы дальнейшего наступления боевиков «ДНР/ЛНР», за которыми стояла российская военная мощь. Поэтому требовать сейчас от Киева по сути одностороннего выполнения этих договоренностей политически некорректно. Даже сторонники России и Донбасса признают тот факт, что эти договоренности выступают не юридически обязывающим документом, наподобие «безоговорочной капитуляции», а политико-дипломатической базой, платформой, на которой можно выстраивать отношения между сторонами. А ведь можно и не выстраивать, поскольку признание субъектности «ДНР/ЛНР», которыезакрепляют Минские договоренности, являются огромной ошибкой, которая не раз может самым неблагозвучным эхом аукнуться не только в Восточной Европе, но и на всем континенте.

Фото: EPA/UPG

Итак, для Украины сложилась патовая ситуация: она заинтересована в прекращении боевых действий, хотя бы для обеспечения безопасности своих граждан и проведения столь необходимых сейчас реформ. Соответственно, она не может денонсировать Минские соглашения и открыто заявить, что исполнять их в политической части она не будет. Ликвидировать «ДНР/ЛНР» силовыми средствами (иными словами - превратить Донецко-Луганские государственные образования в подобие современного Алеппо) она тоже не может.

К тому же Петр Порошенко действует в логике любого выборного политика – демонстрируя, что Рада не позволит реализовать навязываемый Украине сценарий, а также пугая партнеров по переговорам перспективой прихода к власти радикально-националистических сил. Отсюда лавирование и разговоры о выработке «дорожной карты» по «последовательной реализации» соглашений.

Реализовать же их в полном объеме означает совершить политическое самоубийство страны, давая возможность русской террористической заразе поразить все государственные властные институты, прежде всего законодательную ветвь и информационное пространство. Это означало бы очередную утрату Украиной исторического шанса начать, наконец, свое историческое развитие без России и русского фактора в политике, идеологии и культуре, подобно тому, как эти шансы были похоронены в 1654, 1918 и 2004 гг.

Ранее достаточно много было сказано о том, что именно приведенный сценарий был бы оптимален с точки зрения кремлевской политики. Теперь, собственно, зачем нормандский формат нужен Москве.

Некоторое время обсуждался вопрос, примет ли вообще Владимир Путин участие в этом «берлинском чаепитии». Видимо, как в Москве, так и в Берлине и Париже, окончательной ясности по этому поводу не было до самого последнего момента. Российский президент слетал на Гоа, страна подписала соглашение о сотрудничестве со Свазилендом... Вероятно, в Совбезе и АП РФ решили, что указанных союзников в борьбе за статус мировой державы может не хватить, а значит пренебрегать такой переговорной площадкой с ведущими державами, какой является «нормандский формат», не резон. Путин, как водится, опоздал, заставив трех президентов ждать себя полчаса, но этим, судя по всему, величие России в данном формате и ограничилось.

Признав возможность введения в Донбасс миротворческих сил, российский президент сделал огромную уступку. Правда, нет никаких сомнений, что максимум через неделю об этой уступке будет забыто, как уже забыто в российских СМИ признание того факта, что Россия приняла вооруженное участие в конфликте на стороне «ДНР/ЛНР». Ну, признала, и что из того? Документов никаких не подписано, стало быть, и обязательств нет. Слово дал – слово взял! Понятие репутации в России изжито как таковое, а доверие между Западом и Россией утрачено полностью.

Наконец, что касается позиций Германии и Франции. Руководителям этих стран необходимо демонстрировать свою активность в урегулировании вооруженного конфликта на юго-востоке Украины. В то же время, несмотря на отсутствие доверия, а может быть именно в силу этого отсутствия, ни Берлин, ни Париж не готов полностью утратить площадку для контактов и переговоров с первыми лицами российской политики. Известно, что в Берлине из уст А.Меркель и Ф.Олланда прозвучали очередные пожелания и, возможно даже, предупреждения в адрес России по сирийскому вопросу. Площадка, безусловно, удобная.

Именно поэтому «нормандский формат» еще будет долго жить и оставаться безальтернативным, а позиционная война в Донбассе будет продолжаться. Остается только надеяться, что Украина не капитулирует.

Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter