ГоловнаСуспільствоЖиття

Франц Кафка у виконанні ПриватБанку

Мой лагерный друг Володя Буковский в 1973 году учил меня, свежего зэка, такой специфической премудрости: «Каждый уважающий себя советский политзаключенный должен иметь как минимум одну тяжбу с государством». И в поощрение моей будущей активности одарил меня неожиданным адресатом для моих заявлений (жалоб политзаключенные не писали), заведующим отделом административных органов ЦК КПСС гражданином Савинкиным.

Постепенно я в этом специфическом жанре преуспел. И мои заявления гр. Савинкину и другим советским чиновникам в копиях передавал на волю, где они публиковались и в Самиздате, и в Тамиздате. Относительно недавно я узнал, что давно почивший в Бозе гр. Савинкин, так и недостроив вожделенный коммунизм, успел внушить своим детям, что жить следует совсем не в государстве этого вечного недостроя, а в буржуазной Европе. Где и наслаждаются своей комфортабельной жизнью дети и внуки гражданина Савинкина.

И вот, настало время вспомнить прежние свои навыки. Граждан Брежнева и Савинкина давно нет, а дело их по-прежнему живет. Здесь, в совсем не в коммунистической Украине. А именно, в нашем, гражданином Коломойским выпестованном Приватбанке. Ныне – во вполне государственном учреждении. Представьте себе, насколько изменились времена: меня, гражданина независимого и почти демократического государства преследует Приватбанк! Не КГБ, не милиция…

Фото: София Гаврилюк

Несколько месяцев назад мне позвонили. Дама с хорошо поставленным немолодым голосом сообщила мне, что я отношусь к категории Национальных публичных лиц и поэтому обязан посетить любое отделение Приватбанка с целью идентификации. Поскольку являюсь их клиентом.

Действительно, несколько лет тому назад я открыл свой личный счет в этом банке с целью собрать деньги для издания в переводе прекрасного двухтомника «Руководство по детской психиатрии». Благодаря любезной помощи сайта Левый Берег необходимые деньги достаточно быстро собрал. Книга издана. Ну, а счет в Приватбанке остался. И вот – звонок…

Никогда прежде я не слышал о существовании в моей стране института Национальных публичных лиц. Оказывается, наши депутаты приняли соответствующий закон с целью борьбы с коррупцией. Дама с хорошо поставленным голосом пояснила, что такое требование ко мне вполне законно, поскольку я имею близкие, а может быть родственные отношения с бывшим народным депутатом В.К., сегодня являющимся главой одной из украинских политических партий. Я возразил: с В.К. действительно знаком, ни другом, ни родственником его не являюсь, последний раз виделся с ним не менее 10 лет назад.

В конце этого телефонного разговора дама понимающе и вполне сочувственно предложила мне пройти идентификацию в их банке, чтобы меня больше не беспокоили. Как и положено каждому законопослушному гражданину, не являющемуся экспертом в сфере банковского права, я решил удовлетворить странное требование руководства Приватбанка. Но не смог. Поскольку должен был предоставить в этот банк бумажную справку о своих пенсионных доходах за 2018 и 2019 годы. Не смог по вполне объяснимой для цивилизованного человека причине: в соответствующий кабинет пенсионного фонда стояла многочисленная группа , состоящая из возбужденных конфликтующих пожилых людей, занимавших очередь в этот кабинет с 6 часов утра. Мое физическое состояние и специфическое жизненное прошлое не позволили мне возвращаться к мучительной бюрократической практике СССР, где очереди были обычным социальным явлением.

Мне позвонили еще раз. Уже не столь понимающе и сочувственно. В монологе неизвестной дамы была угроза проявления внимания ко мне со стороны…СБУ. После этого я обратился к юристу и получил разъяснение, что несмотря на мою широкую известность в Украине и из ее пределами Национальным публичным лицом я не являюсь. А в соседствующем с моим домом банке совсем не приватовского происхождения милые девушки буквально за одну минуту открыли в компьютере список Национальных публичных лиц ( оказывается, он существует ) и сказали, что фамилии Глузман в нем нет, а есть там некая дама по еврейско-славянской фамилии Глузманова.

Последний звонок из Приватбанка я имел 3 августа. А 8 августа я решил эту сугубо кафкианскую ситуацию прекратить и направил соответствующее заявление руководству Приватбанка. Кстати, пытаясь найти в интернете фамилии руководителей этого банка, я был крайне удивлен отсутствием их на сайте банка. Государственное учреждение Приватбанк, оказывается, является секретным объектом, в отличие от вполне открытой для интересующейся публики Службы Безопасности Украины.

Угрозы по отношению ко мне были реализованы. Действие моей банковской карточки было остановлено. Сейчас я не могу снять даже те 30 или 40 гривен, которые хранятся на моем счету. Думаю пойти с заявлением в суд. Хотя денег на сопровождение этой тяжбы у меня нет. Надеюсь, бывший владелец Приватбанка мне в этом поможет. В СССР иметь тяжбу с властью можно было бесплатно.

Да, продолжаю следовать совету Володи Буковского. В новых обстоятельствах и спустя 45 лет. И тяжбу как и ранее я буду иметь с государством. Частью которого является Приватбанк. Повторяю, заявление я отослал 8 августа. Сегодня 30 сентября, ответ я не получил. В тоталитарном СССР на письма, жалобы и заявления граждан власти отвечали своевременно и неукоснительно. Даже политическим заключенным.

Семен ГлузманСемен Глузман, диссидент, психиатр
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter