ГоловнаСуспільствоЖиття

Царська напівдемократія

Когда-то, в далекие советские времена партийные агитаторы и пропагандисты постоянно сравнивали экономические показатели в СССР с таковыми в царской России в 1913 году. Сравнивали, убеждая советских людей в преимуществах развивающегося социалистического строя. Никто тогда не ожидал, что при жизни этого же поколения внезапно рухнет вся советская тоталитарная система.

Фото: savok.name

В 1913 году крушение царской империи также было непредсказуемым. И всё же это случилось. Несмотря на то, что в государственной системе были выстроены механизмы специальной профилактики. В частности, такой, сегодня отсутствующей и в полудемократической Украине, и в откровенно авторитарной России: запрет для ранее судимых по уголовным статьям гражданам быть избранными в законодательный орган Думу.

Пришедшие к власти большевики быстро устранили этот буржуазный пережиток. Вскоре в нарождающейся правовой системе нового, пролетарского государства появилось и такое красноречивое положение. Всё преступное сообщество разделили на две части: уголовники (убийцы, насильники, воры, грабители и т.п.) были названы «социально близкими» новой власти, а политические узники и подозреваемые в этом грехе невиновные ни в чём, кроме своего происхождения буржуи – «социально далекими».

Мы, украинское независимое государство, существуем достаточно долго. Не раз меняли конституцию, создавали и меняли систему избирательного права… Но никто ни разу не посмел предложить ввести в ткань закона корректное ограничение времен царской полудемократии. Ни сами депутаты, ни высокоинтеллектуальная Академия Правовых Наук. И апогеем нашего морального и правового нигилизма было избрание нами дважды судимого гражданина президентом Украины.

Понимаю, имевший в прошлом уголовный грех человек может стать на путь исправления, перековаться. В тоже время, не имеющий такого формализованного прошлого человек может быть последним мерзавцем, непойманным вором, насильником, убийцей. И всё-таки… разлагающее присутствие в законодательном органе людей, имеющих опыт жизни в преступной среде, неизбежно сказывается не только на качестве законотворческой деятельности нашего парламента, но и создает в этом зале под куполом весьма специфический моральный климат.

Поэтому предлагаю: ввести в текст избирательного закона ограничение, имевшее место в царской Думе. Или, хотя бы, публиковать в предвыборный период не только списки кандидатов, но и сведения о наличии у них в прошлом судимостей с указанием характера совершенных ими преступлений, количестве тюремных «ходок» и наличия почетного в тюремной среде звания «вор в законе». Увы, прецеденты в нашем парламенте существуют и сегодня.

Предлагаю, хотя и трезво понимаю: в государстве умирающего права бессмысленно говорить о справедливости, совести и других патетических правовых категориях.

Семен ГлузманСемен Глузман, диссидент, психиатр
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter