ГоловнаСуспільствоЖиття

Про сором і безсоромність

Наряду с прославленными литературными жанрами романа, поэмы, драмы издавна существует жанр более скромный, но не менее почтенный. Это мемуары, повествование о реальных событиях и людях прошлого на основе личных впечатлений. В Украине мемуары наших политических мужей таковыми в строгом смысле являться не будут. По простой причине – они будут написаны их, политиков, обслуживающим персоналом, спичрайтерами. И, я уверен в этом, будут содержать победные реляции псевдоавтора и неудачи, обязательно связанные с происками врагов, внешних и внутренних.

Таким образом, от нас уйдет целый пласт нашей новейшей истории. Но в этом, в нежелании или неумении писать искренне, упоминая и о собственных ошибках и о собственной вине, есть и своя особенная прелесть, приятная людям, занимающимся мифотворчеством. Благая весть правды весьма субъективна. Даже в тех случаях, когда вспоминают свое прошлое искренние правдолюбцы. Так, мои тюремно-лагерные воспоминания резко отличаются по фактам и эмоциям от воспоминаний многоуважаемого человека и политика Левка Лукьяненко. Что ж, как давно заметил уже позабытый писатель советской эпохи, произведение искусства отличается от факта на величину души автора. Да как же измерить ее, эту самую душу…

Фото: Гречка

Уверен, нынешняя и.о. министра здравоохранения госпожа Супрун воспоминаний о своем министерском периоде не оставит. Она – из активно действующих, а не пишущих, рефлектирующих людей. Такое мое впечатление подтвердила добрая знакомая госпожи Супрун, американка, знающая пани Ульяну давно и близко. Думаю, отсутствие мемуаров у госпожи Супрун поможет будущему историку лучше понять реалии жизни в Украине начала 21 века. Но я, к сожалению, уверен и в том, что наш Петр Алексеевич, умеющий красиво говорить и красиво писать, также не сообщит нашим потомкам, почему он принимал такие странные кадровые решения. Настолько странные, что они угрожали деструкцией социальной жизни в Украине.

От одного из близких к Петру Алексеевичу людей знаю, что он не был автором мысли о назначении госпожи Супрун министром. Тогда кто же? Неужели наш самый главный Начальник, спикер Верховной Рады господин Парубий? Или американский президент Обама? Я не шучу, в нашей заслуженной зависимости от руководства США теоретически возможно и такое. Впрочем, тогда был бы совет об ином, более удачном кадровом выборе.

Почему я хочу знать это сокровенное уже сегодня, в 2017 году? Поясню и это: я очень хочу знать имя человека, напрочь не знающего чувства стыда. Потому что нормальный человек, необдуманно принявший такое кадровое решение, обязан сегодня испытывать стыд. Стыд – это высшая эмоция. Как и совесть это чувство не имеет конкретной локализации в человеческом мозге. Как, впрочем, и бесстыдство. Мы приходим в этот мир, не зная стыда. И только воспитание дает нам возможность реагировать стыдом на собственные негативные поступки. Психологи и моральные философы издавна утверждают, что отсутствие совести и стыда у человека, как правило, сочетаются.

Фото: psyhologytoday.ru

Неужели кто-то неизвестный принимает порочные кадровые решения в Украине, потому что нас, украинский народ, ненавидит? Мы знаем, что где-то рядом с нами живут люди, испытывающие жгучую потребность кого-либо ненавидеть. Соседа, прохожего на улице, этнического чужака, страну. Именно так, ненависть – первична, а объект ненависти вторичен.

Семен ГлузманСемен Глузман, диссидент, психиатр
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter