ГоловнаСуспільствоЗдоров'я

Нічого в МОЗ

Это случилось: на прошлой неделе впервые прошел слух о том, что министр здравоохранения Александр Квиташвили отправлен в отставку. Слух не подтвердился, но, тем не менее, отставка министру действительно угрожает. Что же не так с министром, сменившим даже гражданство ради шанса порулить нашей тухлейшей отраслью - здравоохранением?

Фото: www.dyvys.in

Кадровый провал

О том, что Квиташвили – один из первых кандидатов “на выход”, руководство Кабмина и АП в публичных и неофициальных беседах заявляло еще в марте. Правда, особо не вдаваясь в подробности - говорили о кадрах, о том, что за министра якобы работают его замы.

К сожалению, обвинения в провальной кадровой политике имеют под собой почву.

3 апреля министр очень красиво - одним махом - уволил всех глав департаментов ведомства и доставшегося ему в наследство зама Алену Терещенко. Это случилось через четыре месяца после его прихода в Минздрав. Не совсем понятно, зачем было тянуть аж четыре месяца, если в итоге все равно уволили всех без разбору. Можно предположить, что все это время Квиташвили занимался подбором команды, но нет - уволенных специалистов никто не заменил. Департаменты остались без руководителей, а новая структура министерства намертво застряла на согласовании в недрах Кабмина.

На работе министерства это отразилось, конечно, худшим образом: оно и так-то еле работало.

Золотое правило украинского чиновника: в любой непонятной ситуации уходи на больничный. А там, авось, само все рассосется. Например, министра в отставку отправят - нынче и чихнуть иногда не успеешь, как руководитель Минздрава уже поменялся.

Так что клерки министерства расчихались и принялись за профилактическое лечение нажитых непосильным трудом геморроев. Аппарат министерства впал в кому.

Как будто в издевку над кадровой политикой министра, в апреле (уже после тотального увольнения) на сайте ведомства появилось объявление о том, что на работу требуются специалисты по целому ряду направлений.

Квиташвили назначил в Минздрав, по сути, только двоих людей. Перед новым годом его первым замом стала юристка Александра Павленко (при этом ее функционал определили только весной). Павленко тянет на себе всю бумажную работу министерства - сотрудники говорят, что она подходит к этому процессу очень скрупулезно. В отличие от Квиташвили, который подписывает документы, не читая.

Павленко, Квиташвили и Перегинец
Фото: www.moz.gov.ua
Павленко, Квиташвили и Перегинец

Среди психиатров ходит анекдотическая история о том, как главному психотерапевту Минздрава (представьте себе, и такой есть) Борису Михайлову удалось проникнуть к Квиташвили со своей концепцией реабилитации бойцов АТО гипнозом и травами. Министр подписал и этот “документ” (применялся ли к нему гипноз - история умалчивает).

Второе назначение состоялось в марте - еще одним замом Квиташвили стал Игорь Перегинец, который до этого работал во Всемирной организации здравоохранения. Перегинца бросили на самую неблагодарную тему - закупки лекарств. Теперь он выступает перед прессой, рассказывая о том, где же обещенная система закупок через международные организации.

Блестящий план

Коротко о том, где же она. 19 марта Верховная Рада приняла изменения в ряд законов, которые позволяют проводить закупки по четырем направлениям - СПИД, туберкулез, вирусные гепатиты и вакцинация — через шесть международных организаций, среди которых ВООЗ и ЮНИСЕФ. И вдруг выяснилось, что все не так просто.

Выяснилось, что мы забыли спросить у этих международных организаций, готовы ли они проводить для нас закупки. А у них, естественно, свои планы, в которые вписаться с разбега не получится.

Кроме того, у этих организаций есть свои принципы работы. Которые далеко не всегда совпадают с тем, что написано в украинских нормативных актах. Новый закон все эти нюансы не учитывает. Как и множество других нюансов - например, как в каждом конкретном случае будет определяться, которая из шести организаций будет проводить закупки (тут, кстати, есть лазейка для коррупции, но об этом - в следующем материале). Или вот еще важный вопрос: тендерный комитет будет тут, в Украине, или где-то там, где офис какой-то международной организации? И как будет решаться вопрос с постоянно меняющимся курсом? И что делать, если препарат, который закупает международная организация, не зарегистрирован в Украине?

Фото: Макс Требухов

В принципе, все эти порожки можно преодолеть, но понадобится время - на переписывание нескольких тонн нормативных документов, на переговоры с международными организациями. Шансы быстро провести закупки минимальны. Ожидается дефицит, а потом стремительные тендеры в конце года, как было и в прошлом году.

Пока от скандала Минздрав спасают поставки гуманитарной помощи - в частности, в мае Канада передала Украине очень нужную вакцину от полиомиелита.

Еще одна обещанная Квиташвили новая процедура - упрощенная регистрация для препаратов, которые уже зарегистрированы в ЕС и США, застряла в профильном комитете Верховной Рады.

Один из нас?

В принципе, бездействие - не такая уж и плохая тактика для украинского министра. Ничего не делать - гораздо безопаснее, чем фигурировать в коррупционных скандалах или доводить до истерики и открытых писем профессиональное сообщество, в чем упражняется один из членов гуманитарного блока правительства.

Но иногда бездействие тоже становится заметным. Как в случае полного игнорирования Квиташвили очень важной и болезненной для всех украинцев темы - войны.

В риторике министра война отсутствует полностью. Позиция Минздрава такова: раненые, умирающие военные, как и медики в АТО - это компетенция Минобороны, так вот пусть оно ими и занимается.

Волонтер Дана Яровая рассказывала в интервью LB.ua, что медики в больницах Минздрава не могли расходовать на бойцов наркозные препараты - потому что их должно обеспечивать Минобороны. Получилась коллизия: солдаты МО, больницы МЗ, проблема - ничья. Решали ее в итоге, конечно, волонтеры.

Прифронтовые больницы, которые находятся в ведении Минздрава, оснащаются исключительно силами волонтеров. Когда в заштатные больницы Донецкой области сутками напролет поставляли раненых из Донецкого аэропорта, в Минздраве никто даже не дернулся узнать, что там с медаппаратурой, может, надо быстро туда что-то позвезти? А в некоторых из этих больниц (в Селидово, например) не было даже пленок для рентгена.

Фото: EPA/UPG

В бюджете на 2015 год никаких дополнительных средств на оснащение прифронтовых минздравовских больниц не выделено. Хотя именно от этих больниц во многом зависит, выживет ли раненый солдат, удастся ли сохранить ему конечности. Бойцы умирают из-за того, что ближайшее МРТ - в Днепропетровске, и добираться туда минимум сутки. Врачи в больницах в Селидово и Димитрово делают, конечно, все, что могут, но что можно сделать, когда аппаратуры нет? Именно министр здравоохранения обязан был выбить в бюджете деньги на оборудование этих больниц.

На всех встречах Квиташвили с журналистами, которые я успела посетить, он ни разу не заговорил о войне. Складывается впечатление, что он хоть и получил украинское гражданство, но при этом остается лишь нанятым для проведения реформы иностранным менеджером, который не принимает наши проблемы близко к сердцу. Достаточно ли этого в военное время?

Еще одна медицинская реформа

Судить о реформаторских успехах министра пока, конечно, рано. На сегодняшний день главное достижение - кредит в 214,73 млн долларов от Всемирного банка на повышение качества медицинских услуг. (При этом учтите, что переговоры о выделении этого кредита велись с 2013 года, причем тогда сумма была больше - 340 млн. долларов. С каждым годом переговоров она все сокращалась, и вот, сократилась в полтора раза).

Часть этих денег будет потрачена на реформу (хотя львиная доля достанется облздравам). К примеру, на реформу системы финансирования в Минздраве пойдет 9,5 долларов США (то есть, эти деньги заплатят экспертам все того же Всемирного банка за проведение рассчетов и составление графиков), на развитие электронной системы здравоохранения - почти 3 млн. Всего на “усиление управления Министерства здравоохранения” планируется отдать 20,2 млн. кредитных долларов.

Реформаторскую деятельность министерства трудно назвать бурной. Пиар-компонент - да, усилен.

Интервью, брифинги, выступления на телевидении Квиташвили удаются блестяще. Он умен и даже красив - едва ли не первый министр здравоохранения Украины со здоровым цветом лица.

Фото: Макс Требухов

Украинцы уже запуганы возможной приватизацией клиник и концом бесплатной медицины, вместе с этим каких-то конкретных документов, по которым можно было бы судить о реформе, пока нет.

Возможно, Александр Квиташвили планирует, как зрелый бык из анекдота, “медленно спуститься с горы и взять все стадо”. Но времени на этот маневр ему может и не хватить. Начать реформу, как показывает опыт предыдущих министров, не сложно, сложно ее закончить. Пока же на вопросы знакомых “Так и что новый министр?” и “Что происходит в Минздраве?” мне, к сожалению, приходится отвечать: “Ничего”.

P.S.

Только не говорите, что это Яценюк мешает Квиташвили работать. У нас уже был министр-жертва обстоятельств Олег Мусий, который семь месяцев молча наблюдал грызню фарммафии за минздравовские ресурсы, а когда его отстранили - вдруг заявил, что ему мешал его первый зам. Надеюсь, таких историй больше в украинским правительстве мы не успышим. Если кто-то мешает министру работать, он должен заявить об этом публично и сразу, чтобы общественность знала, на кого давить и чего требовать.

Вікторія ГерасимчукВікторія Герасимчук, журналістка, заступник головного редактора
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter