ГоловнаСуспільство

Народжені звинувачувати

Как хорошо людей в Советском Союзе научили обвинять! Вот что показала ситуация вокруг похищения российского оппозиционера Развозжаева из Киева, буквально с порога управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев.

Дмитрий Литвин Дмитрий Литвин , журналист

Кто бы сейчас ни интересовался темой похищения, с какой бы стороны ни подходил к оценке случившегося, неминуемо его суждения, получается, основаны на презумпции виновности российского оппозиционера, и уточняется лишь степень его вины.

Встречался он в Минске с грузинским политиком или не встречался? Брал он деньги или не брал? Встречался, но не брал? Брал, но не встречался? Возможно ли, что Сергей Удальцов, лидер «Левого фронта», договаривался о заговоре против России, или невозможно? Кое-кто в интернете даже предполагал, что леваки вообще разыграли всю эту историю, и лишь в целях розыгрыша комментаторы-конспирологи не сошлись.

Даже если фигура Развозжаева часть публики и не заинтересовала, то безусловно привлёк внимание фильм-донос «Анатомия протеста – 2», показанный на телеканале НТВ. Люди совершенно серьёзно тратили время своей жизни на то, чтобы не только посмотреть этот чудовищный фильм, но и на то, чтобы выявить, где же там манипуляция, какие же там кадры явно не соответствуют звуку, какие есть повторы и так далее. В самом деле, этим бы никто не занимался, если бы в основе подхода к похищению Развозжаева и вообще к роли оппозиционеров в целом или Сергея Удальцова в частности подходили на основании презумпции невиновности.

Путин и Янукович планируют обсудить цену газовых поставок в Украину, и выдача оппозиционера может стать дополнительным козырем в газовых переговорах.— Лидер "Левого фронта" Сергей Удальцов

Встречались в Минске с грузинами? Даже если и так, то что с того? Брали у них деньги? Даже если и так, то что? Это всё имеет какое-либо существенное значение только в том случае, если вы заранее решаете, что эти люди могут быть в чём-то – ну хоть в чём-то – виновны. Если вы заранее решаете, что с их стороны только того и жди, что какой-то подрывной деятельности против родины.

Пока что наоборот – Удальцов не виновен. Его соратники не виновны. И нужно быть прирождённым обвинителем, чтобы из-за какого-то там телефильма, тем более на канале-помойке, из-за какого-то там заявления представителей российской карательной системы начать обсуждать возможные детали, какие-то там планы оппозиционеров, вероятные обязательства перед Гиви Таргамадзе или кем угодно ещё из зарубежных симпатиков распространения свободы.

Интересно, что вот таких прирождённых обвинять людей, как оказалось, предостаточно и в Украине. Причём все же здесь могли видеть не так давно процесс против Юлии Тимошенко, который целиком был построен на презумпции виновности, и каждый из державных участников этого процесса – прямых или косвенных – лишь тем и занимался, что старался убедить: газовый контракт, который она подписала, – криминальный. Мол, как же, в таком случае, за него она может нести одну только политическую ответственность?

И с подобными людьми никак не мог состояться разговор о том, что суд должен быть основан не на одном таком убеждении в криминальности действий, но и на соответствующих процедурах, на состязательности сторон в процессе, на адекватных экспертизах. Помните, в деле Тимошенко обнаружились как-то раз даже материалы, датированные 31-м апреля? Это был просто маленький яркий факт, показавший, насколько абсурдно всё происходящее. Можно было уже сколько угодно дальше утверждать, будто Тимошенко осознанно подделала директивы правительства и вогнала страну в кабалу, однако это всё уходило на второй план – по сравнению с судом и для людей, которые, естественно, не рождены обвинять. Которые понимают, что такое презумпция невиновности.

Любое сомнение должно быть истолковано в пользу обвиняемого. Это базовое правило, которое никто и не думал соблюдать в процессе против Тимошенко, и на которое большинству начхать в деле с Развозжаевым, Удальцовым, Константином Лебедевым и другими российскими оппозиционерами. Как-то не говорят ведь, что украинская делегация, прибывшая на переговоры в Москву в понедельник, 22 октября, могла и подарить Развозжаева путинистам в благодарность за встречу? Так и не стоит говорить, что Удальцов-то мог пойти на какие-то договорённости с зарубежными политическими деятелями.

Имеет значение другое. Ближе к вечеру вторника, 23 октября, украинские пограничники распространили заявление о том, что Леонид Развозжаев выехал из Украины по своим документам, и при этом никаких жалоб от него не поступало. Они смогли это заявить лишь на четвёртый день развития скандала. 

При этом даже на четвёртый день украинские официальные лица не смогли представить публике видеозаписи с камер наблюдения, которых в центре Киева – и особенно рядом с управлением Верховного комиссара ООН по делам беженцев – явно хватает. Вот если Развозжаев сам и без проблем выехал из Украины, то как он ушёл или уехал от этого управления? Он сел в машину? Он сел в маршрутку? В автобус? Пешком? Как он пересекал государственную границу Украины? Где? С кем? Четыре дня – и такого видео от украинских властей всё ещё нет, хотя даже видео с Юлией Тимошенко в тюремной больнице, когда надо, распространяют.

Да и почему пограничники? Потому что они, по определению, крайние, и кому как не им выступать пусть и с очевидной ерундой, но хотя бы как-то заполняющей дефицит ясности?

Ведь для рационально мыслящего человека сомнительно просто «проглотить» информацию о том, что Развозжаев сам уехал. Сразу понятно: для него в Россию – значит, в тюрьму. И не потому, что он, и вправду, совершил нечто противоправное, а потому, что началась кампания травли, которая не может ничем иным, кроме обвинительного приговора, закончится. 

И которую именно потому и устроили, что достаточно показать телевизионную поделку в прайм-тайм, достаточно сыграть на примитивных представлениях толпы о политических процессах, чтобы мнения миллионов людей оказались в рамках «виновен» и «ну не так уж и виновен».

Дмитрий Литвин Дмитрий Литвин , журналист