ГоловнаСуспільство

Епітафія місту-каліці

В 1978 году в Самиздате был опубликован фотоальбом под названием «Разрушенные и осквернённые храмы». Анонимные авторы собрали в одной самодельной обложке десятки фотографий и рисунков. Это впечатляло, здания-мертвецы и здания-калеки. А послесловием служила подробная и эмоциональная статья «Пределы вандализма». Такая вот была книга об истории российских храмов в 20-ом веке.

Усадьба Мурашко до сих пор существует на карте Киева благодаря семье, которая противостоит застройщикам
Фото: Макс Левин
Усадьба Мурашко до сих пор существует на карте Киева благодаря семье, которая противостоит застройщикам

Прошли 30 лет. Мы теперь отдельные, независимые, без КГБ и руководящей роли КПСС. Более того, мы теперь усердно строим храмы, восстанавливаем старые, советской властью осквернённые и разрушенные. Здесь мы уверенно стоим на пути исправления. А объект неприятия, какой-то патологической ненависти у нас другой: старый Киев. Сегодня мы целенаправленно разрушаем его.

Многое уже исчезло. Навсегда. На лице города – шрамы, проступающие даже сквозь стекло и бетон новой, плотной застройки. По-видимому, худшее ещё впереди. Потому что вина – не от власти города или страны, виновник – его высочество Жлоб, мыслящий, чувствующий, писающий и какающий только деньгами. Только деньгами, которых всегда – мало. Мало и сотен миллионов, если рядом дразнят своими возможностями долларовые миллиарды. У нашего, постсоветского вандализма пределов нет.

В поезде разговорился с дамой архитектором, работающей в Крыму. С болью и брезгливостью рассказывала она о своих клиентах, жадно поглощающих крымские земли, заказывающих строить на них дома-крепости. Настоящие крепости, слащаво украшенные всевозможными башенками и, естественно, отгороженные от мира высокими заборами. То ли все они в молодости прошли через тюрьму, привыкли к замкнутому пространству, то ли так всерьёз боятся всех нас, лохов-неудачников.

Обезображенный Киев. Город, где его высочество Жлоб зарабатывает деньги. На которые он покупает недвижимость в Лондоне, Париже, на островах и побережьях. Там он, на самом деле, живёт. В домах, совсем не похожих на средневековые крепости. Где нет и не может быть пятиметровых бетонных заборов. Где малейшие строительные фантазии, не согласованные с властью и общиной, невозможны.

Город, где нет музея. Нет памяти. Такой город легко разрушать. И его разрушают. Нагло, последовательно, бесстыдно. Разрушают по-всякому, и снесением, и строительством. Беспамятство делает город безоружным, такой город не может себя защитить. Настало время для фотоальбома «Разрушенный и осквернённый Киев», с комментарием. С жестким и эмоциональным комментарием. И обязательно с разделом о предстоящих разрушениях, уже запланированных его высочеством Жлобом. Благо технологии публикаций изменились, на смену Самиздату пришёл интернет. Возможно и такое название: «Эпитафия городу-калеке».