ГоловнаЕкономікаДержава

Володимир Погойда: «Буде легкий хаос. Але ринок електроенергії потрібно запускати і спільно виправляти помилки» Актуально

Если еще пару месяцев назад на рынке озвучивались идеи перенести запуск рынка электроэнергии на 3 – 9 месяцев, то сейчас все уже понимают, что скорее всего рынок будет запущен с 1 июля. Как вы оцениваете готовность системы к работе в новых условиях?

Мы никогда не видели, ни в одной из тех стран, в которых следили или были участниками реформирования рынка электричества и газа, настолько плохой подготовки и хаотичного внедрения рыночных механизмов, непродуманных последствий, неготовности участников и, вместе с тем, инертности общества и самого энергетического сообщества. Никто не пытается с этим ничего сделать.

Почему не пытается? Ранее «Укрэнерго» и другие участники рынка выступали с комментариями о целесообразности переноса, собирались круглые столы, проводились какие-то обсуждения.

Проводятся. Но, допустим круглый стол, на котором мы были, - люди жалуются, кряхтят, но дальше кряхтения дело не заходит. Все боятся и считают, что не надо выносить сор из избы. «Давайте сделаем вид, что мы все готовы, и что оно как-то запустится. Давайте не будем с «Укрэнерго» ссориться, потому что нам с ними еще работать».

В «Укрэнерго» никогда не признавали, что они не готовы, хотя все это понимают. Они наоборот всегда говорили: «Мы думаем, что нужно переносить, но это не по нашей вине, а по вине других. Мы готовы, но мы советуем вам перенести, ведь другие не готовы».

Генерирующие компании, наоборот, говорят, что ждут рынок. Какие другие участники рынка не готовы еще?

Потребители, трейдеры. Вообще, есть механизм и есть рыночная роль, которая называется администратор расчетов. Это касается финансовых расчетов, пересчета рынка, кто кому сколько должен и так далее. Вот эту модель никто не видел, и этот механизм не готов вообще.

То есть финансовых инструментов, которые подкрепляют платформу, на которой будет работать рынок, не существует?

Мы не можем говорить, что их не существует, возможно они есть. Но их никто не видел. Я опять привожу свой классический пример, с телевышкой. Вот говорят, что с 1 июля мы запустим телевизионный сигнал, но где вышка, которая будет этот сигнал транслировать? Нам отвечают, что она на земле лежит, полностью построенная в горизонтальном виде, и в последний день мы вышку лебедкой поднимем и включим, все заработает. Но так не бывает! Ни в одной стране никогда такого не было.

А как это происходит в других странах? В тех, за реформированием рынка которых вы наблюдали или участвовали в нем непосредственно?

Во-первых, мы участвовали в реформировании рынков в соседних с Украиной Словакии и Румынии, в Балканских странах. Во-вторых, мы буквально недавно наблюдали за запуском очередной фазы либерализации рынка в Ирландии, и мы может сказать, что это всегда обоюдный процесс. Государственные игроки – регулятор и системный оператор – с одной стороны, будущие участники рынка – с другой, и между ними идет активный диалог. Когда рынок запускается, то все прекрасно знают, как он будет работать и чего от него ожидать. В течение тех шести месяцев, которые были выделены на тестовый период, все участники рынка уже ознакомились с процессом работы. Все очень активно принимают участие в тестировании операций. И когда рынок запускается, то уже остается только разрезать ленточку на мосту, который готов. А у нас здесь – не разрезание ленточки, а снятие какой-то большой простыни, под которой никто не понимает, есть что-то или нет. Все несутся уже на полной скорости и ожидают, что в последнюю секунду простынь снимут, и там есть мост. А может его там и не будет. Мы не видели, что мост строился, поэтому мы и не верим в то, что он там есть.

Хорошо, что будет, если простынь снимут, а моста там нет? Ранее в своих интервью вы уже упоминали, что велика вероятность того, что после запуска рынок рухнет. Что будет происходить в таком случае?

Здесь надо знать две вещи. Во-первых, в последние пару недель были введены защитные механизмы – граничная цена электроэнергии. Ограничения были введены очень своевременно и это защитит рынок от самых катастрофических последствий. То есть, грубо говоря, мы установили светофор, который в последний момент даст возможность движению остановиться, если окажется, что моста нет. Без этого светофора все полетели бы в пропасть, и никто бы ничего не сделал. Во-вторых, должен признать, что «Укрэнерго», несмотря на то, что они не закупили вовремя правильное программное обеспечение и не приняли вовремя конструктивные решения, делали со своей стороны все возможное и невозможное – уже после того, как решения были приняты и ПО закуплено. «Укрэнерго» сейчас тяжело работает, чтобы выжать максимум из тех плохих решений, которые были приняты.

Фото: kp.ua

Вы говорите про правильное программное обеспечение. Каким должно быть ПО, чтобы считаться правильным? Что не так с существующей разработкой?

Прежде всего ПО должно уже иметь какую-то историю успешного использования. Если вы что-то покупаете – нормально оценить ваши ожидания, а потом попросить у того, кто вам эту вещь продает, показать пример, как она уже использовалась. Могу сказать, что требования к ПО были такие, что никто из реальных производителей такого рода решений вообще не пошел на тендер.

В тендере участвовала одна компания, которая никогда таких проектов не выполняла. Это ПО теоретически не может работать с теми объемами данных, которые есть в Украине – у них есть решение для рынков намного меньше. На тендер с условиями, которые выставило «Укрэнерго», кроме этой венгерской компании, ни одна из фактически пяти нормальных компаний, существующих на рынке, не прошла. Все они промолчали, им такой тендер был неинтересен. Потому что компании понимали, что не могут этого сделать, это невозможно! Это как попросить ребенка родить за 5 месяцев.

Грубо говоря, у «Укрэнерго» была следующая риторика: «Мы понимаем, что это невозможно, но у нас такие условия, поэтому вы пообещайте, а мы потом пообещаем не применять к вам жесткие санкции, которые прописаны в договоре». Все конечно же посмеялись – мы не можем пообещать родить ребенка за 5 месяцев, потому что это будет выглядеть несерьезно. Как на нас люди посмотрят? Нашлась только одна компания, которая сказала, что, конечно, ребенка за 5 месяцев – вообще без проблем. Потому что у них был какой-то повод быть уверенными, что к ним не применят санкции.

Когда тендер прошел, а на него не пришли серьезные игроки на рынке, «Укрэнерго» следовало тендер отменить и менять условия. На такие, чтобы в тендер вошли нормальные компании с нормальным ПО, которое с такими вещами справится.

Невыполнимые условия тендера «Укрэнерго» – это только сроки, или были еще другие?

Только сроки.

Программное обеспечение – это модули, которые настраиваются под конкретный рынок – под законодательную базу, под правила рынка. И как раз эти конкретные настройки прописаны не до конца, только в общих чертах. Это одна из причин, по которой невозможно поместиться во временные рамки. Ведь для того, чтобы правильно прописать все эти механизмы, требуется длительная работа и дискуссия всех участников рынка. Такой дискуссии не было, это мы точно знаем. Поэтому, даже если эти механизмы каким-то образом реализовались, у участников рынка не было возможности их протестировать. И вообще, никто никому не показывал, как они работают. Есть большая вероятность, что они могут подходить только избранным игрокам, а другим нет.

Выглядит, как какая-то закрытая разработка, к которой ни у кого нет доступа. Но в «Укрэнерго» сообщали о тестовых операциях, в которых генерирующие компании подают свои заявки и данные, даже с каким-то более-менее понятным уровнем цен. ДТЭК, в частности.

Ну, фактически речь идет только о ДТЭКе. О тестировании системы говорит только ДТЭК. Все остальные, даже «Энергоатом», если посмотреть им в глаза, то они не подтвердят, что принимают участие в тестировании.

То есть систему тестирует только ДТЭК?

Да.

А почему? У других компаний нет со своей стороны каких-то необходимых возможностей?

ДТЭК делает все правильно, они выделили ресурсы на то, чтобы заранее ознакомиться с системой, понять, как она будет работать, и как они смогут на этом зарабатывать. ДТЭК как никто готов к запуску нового рынка. Если рынок запустится с первого июля, то ДТЭК 100% знает, как в нем работать, и будет в плюсе.

Фото: Олег Гратило

Остальные игроки не могут участвовать в этом, потому что в системе много недостатков и фактически нужно принимать участие не в тестировании (потому что там тестировать особо нечего), а в разработке и доработке. Я не хочу пальцем показывать на конкретные генерирующие компании, но они выступали довольно открыто, указывая на конкретные проблемы - невозможно подать график, невозможно сделать это, невозможно сделать то… Но на это нет ответов.

Если рынок будет дорабатывать эту систему после запуска, какие последствия будут? Как это может происходить?

Последствия – это легкий хаос. Полного хаоса не будет, потому что все-таки введены защитные механизмы. Но долгое время будет неразбериха.

Есть много процессов, много механизмов, которые должны запускаться автоматически, а мы точно знаем, что они не будут работать. Например, графики по двусторонним договорам. Насколько мы знаем, файлы с графиками будут подаваться в систему вручную, в то время как в большинстве европейских стран процесс автоматизирован, и графики отправляются в систему по управлению рынком напрямую из ETRM-систем участников.

Объемы таких данных будут большими, это будет очень трудоемким процессом. В чем тогда смысл запуска рынка, который первоначально должен повысить прозрачность? Если все делать вручную, то, во-первых, очень велик человеческий фактор, риск ошибки, а во-вторых – будут задержки, то есть в режиме онлайн реальных цифр никто не получит. Надо будет ждать, пересчитывать рынок несколько раз в день. И пользы от этого не будет ни для кого, кроме тех, кто понимает недостатки рынка и знает, как их использовать в свою пользу. Для всех остальных это будет очень трудоемкая процедура, и ни для кого, кроме ДТЭКа, это не будет плюсом.

Вы, как компания UnicornSystemsUA, не являетесь участником рынка, но есть ли у вас какая-то роль в процессе его либерализации? Или вы только наблюдатель?

Мы реализовали единственный проект из всех, которые должны реализоваться для либерализации рынка, который на самом деле работает. Это электронная платформа для проведения аукционов по торговле пропускной способностью на границах Украины. Это фактически единственный проект, который запустился. Следующим, скорее всего, станет рынок на сутки вперед у «Энергорынка».

Формально мы не задействованы, и здесь надо признать, что основной наш противник не внешний, а внутренний. Дело в том, что нам удалось создать в Украине очень мощные команды, которые могут реализовывать проекты, востребованные в Западной Европе. Поэтому у меня сейчас основная борьба идет с моими коллегами, которые мне говорят не вмешиваться в этот хаос, а использовать украинских специалистов в Западной Европе. Там на проектах компания может зарабатывать и уже зарабатывает больше, чем на проектах в Украине. Например, наш самый крупный проект – платформа LIBRA. Она предназначена для объединения балансирующих рынков европейских стран. Старт проекта запланирован на конец 2019 – начало 2020 гг. Изначально к проекту присоединятся 6 стран (системные операторы Великобритании, Испании, Португалии, Франции, Швейцарии и Италии), а в перспективе – большинство стран центральной и западной Европы. 

Сейчас у нас самые передовые проекты в Скандинавии, где идет очередная фаза либерализации и консолидации рынка. Они открывают данные между странами и даже для «прогрессивной» Западной Европы, для Германии и для Франции, просто немыслимо то, что делается в Скандинавии.

При этом в Украине мы были активным участником в координационном центре. Это была очень правильная инициатива, но которая просто промчалась мимо процесса, как скорый поезд. Координационный центр был создан именно для того, чтобы разобраться в ситуации: что нужно сделать, есть ли шансы это сделать, в правильную ли сторону движется Украина, можно ли это движение как-то подкорректировать. Это касалось законодательства, внедрения информационных систем, обучения участников рынка.

Были привлечены иностранные специалисты, независимые консультанты из Чехии и Словакии, которых мы рекомендовали. Такие вещи мы делаем с большим удовольствием, когда к нам кто-то обращается, мы помогаем. Но сказать, что мы принимаем непосредственное участие в либерализации рынка, нельзя.

Вы упомянули ваш продукт, который обеспечивает работу экспортных аукционов. Как известно, Украина в 2020 году должна синхронизироваться с системой ENTSO-E. Интересно, как наша внутренняя платформа рынка электроэнергии будет взаимодействовать с европейскими платформами после синхронизации? Насколько это вообще реально? Или нужно будет создавать что-то новое?

Мы постоянно коммуницируем с нашими европейскими партнерами. Возьмем, например, системного оператора в Словакии, SEPS. Мы их спрашиваем, что они знают о том, каким образом Украина интегрируется в европейскую систему на информационном, не на физическом уровне. Я сейчас говорю о передаче данных, а не электроэнергии. И они отвечают, что не знают об этом вообще ничего.

Для того, чтобы в 2020-ом году синхронизация произошла, уже сейчас должны вестись очень активные действия со стороны «Укрэнерго» по интеграции систем. А они не ведутся.

При этом что-то новое создавать не нужно. Надо состыковать ту систему, которая есть в Украине с подобными системами в Европе. Пока что это не делается, и это надо будет сделать. И мы готовы. К своим системам мы всегда готовы доделать коннекторы, но пока что со стороны заказчика мы не видим инициативы, что они хотели бы это доделать. Наверное, они считают, что время еще есть.

Фото: EPA/UPG

Ваш продукт подходит не только для проведения торговых операций на рынке электроэнергии, но и для использования газовыми трейдерами. Нашлось ли для него применение в Украине, в частности, когда у нас запускался рынок балансирования?

Рынок балансирования запускался в несколько серий. И самая активная из них была, когда проводился тендер, в котором выиграла та же венгерская компания, что и в последнем тендере «Укрэнерго». Она долго создавала и внедряла систему, которая не используется. Эту систему фактически выбросили, она не соответствовала требованиям.

В следующей серии запуска рынка «Укртрансгаз» вместе с независимым экспертом проводили аудит. Тогда в компании даже думали о том, чтобы провести тендер снова для определения другого поставщика. Но в конце концов было принято решение не проводить такой тендер и своими силами доработать внутреннюю систему «Укртрансгаза». Они это сделали и тот рынок, который запустился, запустился на их внутренней разработке. Мы считаем, что этого хватит на первых порах. Потом все равно им надо будет провести этот тендер.

То, что сделали венгры, в любом случае, надо будет выбросить – это невозможно доделать. Да, будет потеряно время, потеряны деньги, но лучше так, чем пытаться запустить то, что запустить невозможно. И на тот момент мы опять надеемся принимать участие в тендере и постараемся предложить свои самые лучшие условия для того, чтобы такую систему реализовать. Кроме этого у нас есть система, которая подключается к уже существующей центральной системе. Тут есть три основных линейки: ETRM (Energy Trading and Risk Management), CIS (Customer Information System) и EDM (Energy Data Management).

Газовый рынок в Украине запускается, и у трейдеров, компаний, которые подключены к рынку, постепенно возникают запросы и требования, которые решают такие системы. Мы стараемся принимать участие в тендерах, стараемся показывать потенциальным клиентам, что у нас есть.

Давайте тогда проведем аналогию рынка электроэнергии и рынка балансирования газа. Перед 1 марта, когда запускали рынок балансирования газа, среди игроков тоже были переживания, у некоторых паника, что ничего не будет работать, всё развалится, но как-то все-таки рынок запустить удалось.

Можем ли мы предположить, что все-таки на рынке электроэнергии получится та же ситуация? Что страх больше, чем реальные проблемы?

Очень хороший вопрос. Рынок электроэнергии намного сложнее. В нем намного больше расчетов, поэтому вероятность того, что будет хаос – намного выше, чем в рынке газа.

А вообще ситуация в чем-то похожа. И, как я уже говорил, мы считаем, что успешно внедрить в такие строки систему невозможно. И мы считаем, основываясь на своем опыте, что сейчас системы нет, и соответственно, она не может работать. Это наши субъективные восприятия, но объективно этого никто не знает. При этом вполне возможно, что нас приятно удивят. И окажется, что действительно, мы кричали «Волк! Волк», а тем не мнение волка там и нет, и все каким-то образом будет работать. Допускаю, такая возможность есть.

У Вас есть какой-то азарт – запустится рынок, не запустится? Может ли быть, что в последний момент запуск рынка все же перенесут?

Что означает «перенос запуска»? Только смещение акцентов. Три месяца (самый популярный срок переноса) – это недолго. Смещение на 3 месяца означает, что этот период совпадает с запуском отопительного сезона. А это значит, что запуск 100% перенесут еще раз. Нельзя же запускать рынок, когда начался отопительный сезон! А потом выборы! А потом еще что-то поменяется.

Поэтому мы считаем, что в данный момент не имеет смысла вообще переносить. За три месяца никто ничего хорошего не сделает. Даже за год ничего хорошего не сделается. Даже, если сейчас все перенести на 2 года (а мы считаем, что по-хорошему, чтобы переделать те вещи, которые сделаны плохо, нужно переносить на 2 года), то какова вероятность того, что эти вещи сделаются? Скорее всего не сделаются. Было 5 лет. Если за 5 лет не сделали, то уже вряд ли сделают.

Поэтому, учитывая все это, мы держим кулаки, и если мы можем чем-то помочь или быть чем-то полезными, то мы готовы. Надо рынок запускать, надо работать, надо сообща исправлять все ошибки и недостатки. И надеемся, что в конце концов все будет хорошо.

Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter