ГоловнаЕкономікаФінанси

Заробітчани поставили крапку в суперечках про лібералізацію валютного ринку

LB.ua начинает серию публикаций под общим названием "Человеческий капитал". Мы будем писать о политических, экономических, социальных, культурных и других аспектах миграции из Украины. О том, как наши устроились там и как нам тут живётся без них. Об утечке мозгов и бегстве рабочих рук, переменах на рынке труда. И о влиянии украинцев на процессы за рубежом. Серию открывает материал о роли денежных переводов заробитчан в украинской экономике.

Фото: stockworld.com.ua

В марте 2018 года НБУ провел презентацию обновленной методики учета частных переводов. Как оказалось, в 2017 году общий объем частных переводов в Украину составил 9,3 млрд долл. США, что составляет примерно 8,4% ВВП Украины. Такая заявка на зависимость нашей экономики от «заробитчан» и других частных переводов из-за рубежа привлекла внимание к этой отрасли не только налоговиков, таможни и банкиров, жаждущих взять под контроль денежные потоки, проходящие через границу, но и экспертов ,занятых вопросами изучения либерализации рынка. И тут статистика НБУ в сочетании с практикой нашего теневого рынка дала очень богатую пищу для размышлений.

Переориентация с Востока на Запад

С 2014 года в НБУ констатируют смену ориентации денежных потоков из-за краткосрочной миграции рабочей силы из России в Польшу. В общей сложности, после пересмотра объемов частных переводов из Польши со стороны НБУ, получается, что в 2017 году Украина получала чуть более трети всех переводов из-за рубежа именно из этой страны. Доля РФ в общем объеме переводов снизилась до 14,1% и, очевидно, продолжит падать ввиду растущей напряженности между двумя странами.

Данные НБУ
Данные НБУ

Между тем, не все так просто, как может показаться, исходя из официальных данных. Дело в том, что вопрос переводов из Польши изучала не только Международная организация по миграции, но и Народный банк Польши. В 2017 году они выпустили специальный отчет, посвященный этому вопросу. Исследователи не просто сопоставляли данные о переводах по официальным каналам, но и изучали динамику выданных в Польше разрешений на работу. Т.е. цифра в 3,125 млрд долл. США переводов за 2017 год включает в себя и неофициальные переводы, по официальным каналам же переводились только 5,2% от этой суммы.

В свою очередь, считается, что из РФ в Украину за 2017 год поступило только 1,311 млрд долларов переводов, и из них только 62% проходило неофициальными каналами. Такая большая разница между Польшей и РФ по доле неофициальных каналов достаточно сомнительна, причина этого может лежать в запрете работы на территории РФ российских систем переводов без открытия счета, таких как Юнистрим, Контактс и т.д. Т.е. при закрытии систем доля неофициальной части должна была бы сильно возрасти. Кроме того, по моему мнению, ЦБ РФ не так тщательно как Народный Банк Польши исследует неофициальные каналы отправки средств за рубеж гастарбайтерами.

Поэтому я думаю, что переводы из РФ в Украину упали не так сильно, как это подано в официальной статистике, и по итогам 2017 года могут достигать 2 млрд долл. США.

Челябинский металлургический комбинат
Фото: stankiexpert.ru
Челябинский металлургический комбинат

Дело в том, что часть трудовой миграции в РФ из Украины носила технический характер: вахтенная добыча нефти и газа, технические специалисты в области военного и тяжелого машиностроения, металлурги и т.д. При этом никто из крупных компаний в РФ не анонсировал сокращение проектов или изгнание зарубежной рабочей силы. С другой стороны, после девальвации рубля зарплаты в долларах США у технических специалистов снизились, появились и примеры эмиграции в РФ из зоны АТО и Восточных областей Украины. Но даже если оставить цифру переводов из РФ дискуссионной, то зависимость Украины от переводов из стран ЕС видна отчетливо. В 2017 году Украина получала из стран ЕС более половины переводов, и с этой примерной оценкой трудно не согласиться.

8,4% ВВП

То, что переводы гастарбайтеров и прочие частные переводы составили в 2017 году 8,4% ВВП и то, что в Украине трудовая миграция приобрела массовый характер, мы уже обсуждали в предыдущей статье и говорили том, что для национальной экономики это плохо. Но тут на сцену выходит и другой, более приземленный и интересный вопрос. Получается, что в Украину за 2017 год неофициальными каналами поступило валюты на 6,2 млрд грн. Это очень внушительная сумма, которая может влиять на курс гривны, в т.ч. опосредованно на официальный курс. Если сопоставлять эту сумму с официальными объемами межбанковского рынка, то ее достаточно, чтобы обеспечивать спрос на валюту в течение 1,5-2 месяцев на официальном межбанке.

И вот такой объем денежной массы поступает в Украину в форме наличной иностранной валюты, что, в принципе, способно дестабилизировать рынок в обоих направлениях. Тут уже речь идет о денежном обороте. Получатели этих переводов только в 14% случаев (по оценкам Народного Банка Польши) отправляют их на сбережения (в украинский банк или «под матрац»). А все остальное – это затраты, т.е. ввезенные доллары, евро и злотые обмениваются на наличную гривну и направляются на обслуживание текущего потребления, затрат на образование, медицину, покупку недвижимости и т.д.

Таким образом, эти 6,2 млрд долларов (а может и больше) в 2017 году были впрыснуты в наличный рынок. Что это означает простыми словами? А примерно следующее: внук Тарасик из Тернополя уехал на заработки в Польшу и переслал (передал) своей бабушке, к примеру, 500 злотых наличными через друга, который приехал в Тернополь навестить родственников. Бабушка Тарасика обменяла эти злотые на 3750 гривен и, готовясь к очередным вызовам украинской экономики, купила «про запас» 150 кг отборной гречки. Где оказались злотые? На наличном валютном рынке. Предприниматель, продавший гречку, купил для своих нужд эти же 500 злотых, спрятав заработанное от торговли в валюту. Однако если на этот круговорот валюты и гривны в наличной форме посмотреть шире, то становится не по себе.

Фото: Макс Требухов

Тайными тропами валютного рынка

Для большинства бизнесменов не секрет, что в Киеве, Днепре и Харькове очень развиты неофициальные системы переводов без открытия счета и даже без движения денег. Тут работает не только арабская «хавала», но и очень интересные варианты со счетами в прибалтийских, кипрских и даже уже венгерских банках. Развитие технологий сделало свое, теперь вы можете прийти в офис к теневому дилеру с чемоданом наличной валюты, и пока вы в офисе будете пить кофе, сумма из вашего чемодана «окажется» на вашем счету или счету вашей компании в зарубежном банке.

Естественно, валюту в Ригу, Вильнюс или Пафос никто не телепортирует. Просто дилер от вас получает наличные, а вам через банк-клиент переводит средства со своего счета. Чемодан, конечно же, оставляет себе. Нарушается ли при этом валютное законодательство? Формально здесь есть нарушение при операциях с наличными, если сумма наличных превысит 50 тыс. грн. А поскольку у такого дилера валюта по официальным каналам никуда не двигается, да и перевод на ваш счет через банк-клиент может осуществляться физически вообще из-за пределов Украины, то поймать его за руку почти невозможно, да и, наверное, не за что.

Но дальше у пытливого читателя должен возникнуть вопрос, а что же происходит потом с чемоданом валюты? И как эти теневые дилеры производят сквитовку? Ответ прост. Как правило, эти лица работают и на ввоз, и на вывоз. Они сидят одновременно на двух каналах и берут комиссию с обеих сторон. Если, к примеру, какому-то бизнесмену нужно обменять безнал в европейском банке на наличные, он безнал отправляет на счет дилера, а в Украине получает тот же чемодан валюты, за транзакцию по вывозу капитала из которого с дилером уже рассчитался предыдущий клиент.

При этом, размер комиссии у дилеров скачет от 0,5 до 5%. На вывоз средств, как правило, комиссия больше, но в целом ее динамика зависит как от суммы платежа, так и от ситуации на валютном рынке. В принципе, подобного рода операции в стране были бы невозможны, если бы не было большого притока наличной валюты. Вот эти 6,2 млн долларов, вброшенные в 2017 году через неофициальные каналы в Украину, и являются тем денежным потоком, который модерирует черный рынок валюты. И основные его герои сидят, конечно же, в дорогих офисах, а не мерзнут на базарах, выкрикивая “рубли, доллары, евро”.

Фото: ssu.gov.ua

Кому хорошо и что делать?

Населению от существования черного рынка комфортно. Кроме простоты операций и ухода от фискалов есть еще один плюс: очень сложно (практически невозможно) отследить конечных бенефициаров денежных потоков. Второе преимущество – это дешевые телефоны, бытовая техника и прочий импорт, удешевляет который, конечно, контрабанда.

Вы не задумывались, почему, скажем, последняя модель Samsung S9 в Киеве у официального дилера стоит 28 тыс. грн, а у неофициальных продавцов цена начинается от 20 тыс. грн? Разница в цене между белым и черным импортом иногда достигает 50-60%. А вот в характеристиках техники разницы, как правило, никакой. Черный импорт не мог бы существовать без инфраструктуры черного рынка валюты. И большая доля теневого оборота по импорту, а также наличие мощных неофициальных каналов поступления валюты очевидны уже не только из официальной статистики, но и из рыночных цен на этот импорт.

Думаю, что только лишь одним законопроектом «О валюте» нашему рынку не помочь. Было бы здорово, если бы к инициативе НБУ присоединились фискальные органы, которые также затеяли бы либерализацию. Слишком большое налоговое давление на импортеров не дает им возможность работать хорошо в небогатой стране с долгосрочной склонностью к девальвации и удорожанию импорта. В НБУ, в принципе, знают о подобных проблемах. И Программа реформ финансового сектора обволакивает затронутый в статье валютный периметр рядом проектов, например, уменьшение использования наличных в экономике – Cashless.

Однако без смягчения позиции налоговых властей (Минфина) побороть им систему быстро не удастся. И одной из причин являются постоянные и, как мы видели, растущие инъекции наличной валюты в экономику страны. Поэтому напрашивается простой вывод: глобально привести наш валютный рынок к стандартам ЕС фактически можно будет только тогда, когда эти инъекции наличными уменьшатся относительно размера нашего ВВП, и это уже зависит не от НБУ, а от правительства. Шаг за шагом власти должны изучать причины появления аномалий на валютном рынке и предложить участникам законные альтернативы. Никакой другой стратегии реформирования тут нет. А пока первым шагом к борьбе со сложившейся системой может быть принятие законопроекта «О валюте», который уже находиться в Раде.

Виталий ШапранВиталий Шапран, к.э.н., член исполкома Украинского общества финансовых аналитиков (УОФА)
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter