ГоловнаЕкономікаДержава

Навіщо змінювати Енергетичну стратегію України

Летом 2012 года в Украине был представлен проект обновленной Энергетической стратегии страны до 2030 года. Этот документ определяет, как будет развиваться топливно-энергетический сектор в ближайшие десятилетия. Предыдущая версия энергостратегии была принята еще в 2006 году. Но кризис 2008-2009 годов, подорожание российского газа и ряд других факторов привели к тому, что она быстро устарела.

После прихода Виктора Януковича к власти начался процесс пересмотра стратегии. В июне был представлен проект обновления энергостратегии стратегии, конспект которой публиковался на LB.ua.

Разработку новой версии координировал Фонд «Эффективное управление» Рината Ахметова, владеющего крупнейшим энергетическим холдингом в Украине. Непосредственно за документ отвечал старший менеджер проектов фонда Роман Рубченко.

Рубченко получил образование по специальности «международная экономика и финансы» в Университете штата Луизианы и степень MBA в Мичиганском Университете. До Фонда «Эффективное управление» он работал в Boston Consulting Group, консультируя частных и государственных клиентов по вопросам стратегии и экономики, а также проектам в нефтегазовой отрасли в странах СНГ.

Фото: feg.org.ua

О СТРАТЕГИИ

- Кто оплачивает работу Фонда «Эффективное управление» по разработке стратегии? Выиграли государственный тендер?

- Цель Фонда (он был создан в 2007 году) — способствовать экономическим преобразованиям в стране. Мы являемся неправительственной организацией, но при этом сотрудничаем со всеми ветвями власти с целью разработки и реализации, необходимых стране экономических реформ. При выборе проектов мы ориентируемся на сферы и отрасли, которые играют ключевую роль в экономике страны. В 2010 году Фонд принимал участие в разработке экономического блока Программы реформ Президента на 2010-2014 г.г., в том числе координировал процесс работ в энергетическом направлении. И еще тогда стало ясно, что Энергостратегия — это ключевой документ, и что надо его сделать как можно более качественным и реалистичным. Особенность работы государственной службы — это поддержка функционирования процессов, а нам важны результаты. А это другие сроки, другой тип управления. Поэтому, Минтопэнергоугля пригласило нас к участию в работе над обновлением Энергетической стратегии Украины до 2030 года, так как у Фонда уже имеется необходимый опыт и экспертиза для осуществления такого рода проектов. Нашей задачей было собрать ведущих специалистов и наладить работу. Потому что если мы сейчас ошибемся, это может привести к тому, что в стране снова будут перебои с электричеством и другими энергоресурсами.

- То есть это не государственные деньги, а деньги частные?

- Да, Фонд — это частная инициатива Рината Леонидовича Ахметова. Но при этом функции финансирования и управления деятельностью Фонда четко разделены — у Фонда есть Международный консультативный совет, который выбирает и утверждает проекты. Утвержденные проекты финансируются Фондом и осуществляются при использовании как внутренних ресурсов, так и с привлечением внешних.

- Что такое Энергостратегия страны?

- Энергостратегия — это документ, который определяет основные векторы развития энергетики страны до 2030 года в соответствии с выбранными приоритетами и описывает шаги, которые помогут их достичь. Исходя из геополитической ситуации в стране приоритеты Энергостратегии очевидны: бесперебойное обеспечение экономики энергоресурсами по рыночным ценам, значительное повышение энергетической независимости страны и энергоэффективности, снижение техногенного эффекта на экологию. Все направления развития, описанные в документе, в первую очередь, основывались на этих приоритетах.

- Но ведь Энергостратегия уже существует?

- Нашей задачей было обновить этот документ (хотя, наверное, его проще было бы переписать заново). Изменения нужны, потому что мировое сообщество, как и Украина, пережило резкие, экономические и технологические изменения. Энергостратегия писалась в 2004-2005 годах, утверждалась в 2006-м - тогда была совсем другая ситуация в стране.

Фото: Предоставлено пресс-службой Фонда "Эффективное управление"

- Тот документ был до 2030 года, сроки остаются те же?

- Да, верно. Просто нынешний документ утратил свою актуальность.

- Одна из причин — резкий рост цены на импортный газ?

- Верно, но таких причин можно насчитать достаточно много. Именно поэтому Министерство задумалось о том, как обновить этот документ, и обратилось к нам.

О ГАЗЕ

- Кажется, политикам никакая стратегия не нужна. Вот премьер-министр Николай Азаров на прошлой неделе заявил: будем вообще отказываться от импортного газа, переходить на свой газ.

- Именно это заложено в Энергостратегии. Но такой переход будет осуществлен не завтра, а в течение 18 лет, т.е. до 2030 года. Предсказывать сегодня, сколько сланцевого газа мы сможем добыть к 2030 году очень сложно. Во-первых, отрасль сможет добывать около 10 млрд кубометров, как мы прогнозируем, а может меньше или больше Могут начать добывать через 3 года, а могут через 10. Слишком много неизвестных. Но стратегически мы к этому идем.

- Ситуация меняется постоянно. Если завтра Россия сделает нам скидку на газ до $160 за тысячу кубометров, то все — Энергостратегия не нужна? Или снова в нее вносить изменения?

- Если такое резкое изменение произойдет, то стратегию придется актуализировать. В обновленной Энергостратегии будет механизм для внесения поправок. Каждые пять лет стратегия пересматривается по умолчанию, а если нужно — то и чаще.

Динамика добычи газа в Украине
Динамика добычи газа в Украине

- На какие объемы импорта газа должна выйти Украина к 2030 году?

- Примерно 5 млрд кубометров.

- Это будет российский газ?

- Мы закладываем возможность диверсификации. Это может быть как российский газ, так и реверс из Европы или строительство терминала для приема сжиженного газа (LNG).Но главная цель — снизить потребление газа, как населением так и промышленностью. Следовательно, мы посмотрели в каких отраслях и направлениях, за счет каких технологий и сколько это будет стоить. При росте экономики на уровне 5% в год (это базовый сценарий) потребление газа будет снижаться с 57 млрд кубометров сегодня до 49 млрд кубометров в 2030 году. То есть, мы будем наблюдать снижение потребления в абсолютных количествах и очень большое снижение на единицу ВВП. Потому что ВВП будет расти, а потребление падать. Без внедрения шагов по повышению энергоэффективности потребление газа выросло бы к 2030 году до 86 млрд кубометров.

Следующая цель — это повысить свою добычу. Новые технологии по добыче традиционного газа, развитие добычи нетрадиционного газа — сланцевый, газ плотных пород, метан угольных пластов. Плюс добыча на шельфе. Третья цель — разнообразить импортные потоки. Можно даже построить новый трубопровод — временной горизонт довольно большой.

Импорт газа Украиной
Импорт газа Украиной

- О каких именно мерах по энергоэффективности идет речь?

- От банального утепления окон и до сложных технологических решений. Все методы можно разделить на те, которые будет использовать промышленность, и те, которые будет использовать население. Промышленность будет снижать потребление в любом случае, независимо от цены на газ, потому что там собственники заинтересованы в снижении себестоимости. В металлургии это будет пылеугольное вдувание, непрерывное литье заготовок и т.д. В химии будет модернизация химзаводов.Что касается населения, то начнем с установки счетчиков — это первое, что нужно сделать. Потому что пока потребитель не знает, сколько в реальности получил энергоносителей, он не заинтересован снижать потребление. Второе — это утепление фасадов, окон. Третье — коммуникации, которые давно пора заменить. Надо и нагревательные котлы заменить на теплостанциях. Все это позволит сократить потребление тепла примерно на 40%.

- И вся эта энергоэффективность тоже пойдет прахом, если Украина вступит в Таможенный союз и получит дешевый газ?

- Все это надо делать в любом случае. Потому что сегодня владельцы теплосетей не будут в них инвестировать — они списывают все потери на дом. Но как только дом устанавливает счетчик (и это уже происходит), то владелец понимает, что до жильцов доходит только, образно говоря, 20 Гкал, хотя из котельной выходит 40 Гкал. Возникает вопрос — кто будет за эти потери платить? То есть снижение этих потерь и повышение энергоэффективности будет необходимо при любой цене на газ. Да, если газ будет дешевле, процесс замены коммуникаций может замедлиться. Но он все равно будет.А для бизнеса работает совсем другой подход. Для них любое снижение себестоимости — это возможность конкурировать на новых рынках. Поэтому даже если цена на газ упадет, они будут улучшать производства.

Наши химики и металлурги работают в основном на экспорт. И если какой-то новый завод в Катаре потребляет на треть меньше газа, то и нашим придется менять производство, чтобы с этим заводом конкурировать.

К тому же, даже если на первом этапе Украина получит скидку на газ, то в перспективе эта цена все равно будет расти. Это ресурс исчерпаемый, поэтому мы привязывались к среднеевропейской рыночной цене. В этих условиях однозначно энергоэффективность будет окупаться.

Кроме того, это не только вопрос чистой выгоды. Мы говорим о безопасности, о независимости нашей страны. И с этой точки зрения затраты на уменьшение потребления газа, на развитие собственной добычи и диверсификацию поставок не будут напрасными.

- Тут же мы сталкиваемся с рядом других проблем. Говорят, что сланцевый газ — очень вредная для экологии штука. Те же малые ГЭС вызвали протесты местных жителей…

- Действительно, проекты малых ГЭС в Карпатах вызвали массу критики. Ведь когда загоняют маленькие речки в трубу — русло пересыхает, вследствие чего гибнет рыба и животные. А в результате, снижается туристическая привлекательность региона. Но в гидроэнергетике есть и удачные проекты. Например, на реках большего размера таких проблем не возникает, на той же Тисе есть хороший каскад, который следует возродить в рамках развития малых ГЭС.

В результате уточнение возможностей реализации отдельных проектов может привести к корректировкам планов. Например, мы запланировали 0,5 МВт установленной мощности малых ГЭС, а в реальности будет 0,4 МВт. Это не такая глобальная потеря.

Что касается сланцевого газа, то и тут мы общались с массой экспертов и их опыт говорит о неоднозначности данной проблемы. Были аварии, конечно. Например, в Пенсильвании (США). Но львиная доля скважин работает нормально. Как результат активной добычи сланцевого газа, США сейчас производит больше газа, чем Россия и, если бы это действительно было проблемой, то Америка сланцевый газ не добывала бы.

Прогноз добычи газа в Украине
Прогноз добычи газа в Украине

- Какой будет цена сланцевого газа?

- Наши примерные расчеты говорят о том, что она будет в пределах 2100-2800 грн за тыс. кубометров. Конечно, себестоимость нетрадиционного газа будет дороже традиционного газа собственной украинской добычи. Но если объемы добычи, прогнозируемые в стратегии подтвердятся, то себестоимость нетрадиционного газа будет заметно дешевле импортируемого из России и он смог бы конкурировать на мировых рынках. Тут очень много неизвестных пока что, но существует вероятность, что Украина станет заметным игроком на мировом газовом рынке.

- Людей очень интересует вопрос тарифов на газ. Как этот вопрос отображается в документе.

- В Энергостратегии темпы, сроки и размеры не заложены. Это очень сложный и щепетильный вопрос. Но факт остается фактом — цены на энергоносители нужно поднимать до экономически обоснованного уровня, и мы это прописываем в нескольких местах в Энергостратегии, но в какие сроки не указываем.В этой ситуации возникает вопрос потерь изношенных сетей. Если мы сейчас поднимаем тарифы, при этом не ведем учет потребленного тепла и ничего не модернизируем, то люди фактически будут платить за потери, причиной которых они не являются, причем платить будут по экономически обоснованным ценам.

- Насколько реальными являются заявления политиков о том, чтобы поставлять населению дешевый газ собственной добычи, а олигархам - дорогой импортный.

- Я бы сказал, что это неправильное мышление. Какая разница, откуда газ пришел? Он имеет определенную рыночную стоимость. Когда говорят о цене для населения, в себестоимости этого газа много чего не учитывается — инвестиционная составляющая, капитальные вложения. В связи с этим не так агрессивно разведываются новые месторождения, не так, как следует, поддерживается инфраструктура. В конце концов, те месторождения, где газ добывается с низкой себестоимостью, будут исчерпаны. И когда этот газ закончится, нужно будет чем-то его заменить. А если газ не будет продаваться по рыночной цене, то никакая компания не придет и не будет добывать его.Общемировая тенденция баланса цен на энергоресурсы такова, что для промышленности, как правило, цена ниже, чем для населения, так как промышленность закупает энергоресурсы оптом и, естественно, дешевле. Как результат, это стимулирует стремление населения повысить энергоэффективность, а для промышленности это дает возможность снизить себестоимость продукции и быть конкурентоспособными на внешних рынках, продавать больше, создавать новые рабочие места. Мы сейчас очень много говорим о повышении цены на газ, но будут ли люди платить суммарно больше? В какой-то краткосрочной перспективе, наверное, да, в среднесрочной - уже вряд ли. Потому что потреблять они будут меньше. Высокая цена приведет к тому, что люди начнут считать, сколько они потребляют и на что. Они не будут открывать форточку зимой, отапливать помещения газовыми плитами, начнут покупать более энергоэффективные приборы и энергоэфективные лампочки. Сейчас вряд ли кого-то это сильно волнует.

ОБ ЭНЕРГЕТИКЕ

Фото: Предоставлено пресс-службой Фонда "Эффективное управление"

- На какую энергетику делает ставку энергостратегия?

- Мы используем сбалансированный подход, но баланс смещается в сторону возобновляемых источников энергии. Если мы посмотрим в абсолютных цифрах, то прирост запланирован во всех видах генерации за счет того, что экономика будет расти, а спрос будет повышаться. Но в пропорциональном отношении от общего баланса установленной мощности с 2010 до 2030 доли разных видов генерации претерпят следующие изменения; тепловой (включая уголь и газ) упадет с 61% до 48%, атомной упадет с 28% до 27%, а возобновляемых источников энергии увеличится с 0,5% до 9%, что является существенным ростом.

Возобновляемая энергетика будет расти, но это не будет бездумный рост. Потому что сегодня многие нюансы этого вопроса просто не учитываются. Инвесторы видят высокий «зеленый тариф» и больше ничего им не надо. Они готовы деньги нести, так как экономика вопроса для них выглядит очень привлекательно. Но эту энергию еще нужно вывести в сеть, нужны подстанции. В сегодняшних условиях за это отвечает государство в лице «Укрэнерго». Но стоит вопрос, из каких источников будут компенсироваться эти затраты? Есть также другое техническое ограничение — вопрос резервных мощностей. Сегодня наша традиционная (тепловая и атомная) энергетика работает на пределе и зачастую даже гидроэнергетика, основной источник резервной мощности в стране, работает в базовой мощности, хотя она должна включаться только во время пиковой нагрузки (вечером или когда холодно).

То есть, если атомные станции стабильно вырабатывают электроэнергию и ее нельзя выключить или выработать меньший объем, то гидро, тепло или газовые блоки могут использоваться как резерв. Но сегодня резервной мощности не хватает, а без нее невозможно использовать возобновляемые источники энергии без риска для стабильности энергетической системы. Вот почему у нас в планах на возобновляемую энергетику заложено только 6 ГВт. Потому что для большей выработки уже нужно строить дополнительную инфраструктуру и резервные мощности. А инвесторы этого не учитывают. Они считают: пускай государство все строит, а мы будем потом на «зеленом тарифе» зарабатывать.

- Сейчас некоторые страны отказывается от атомной энергетики. В Украине такой шаг не предусмотрен?

- После взрыва на Фукусиме был проведен аудит безопасности, делали стресс-тесты. Они определили, что исходя из геологических условий, таких рисков, как в Японии, у нас нет. Да, психологически опасность кажется очень большой. Однако, можно привести много подобных экологических катастроф, не связанных с атомной энергетикой. Например, был разлив нефти в Мексиканском заливе. Но мы ведь не перестаем добывать нефть. В Украине сложилась такая ситуация, что для замены атомного ресурса другим, потребуется очень много денег. Поэтому на данном этапе мы продлеваем работу существующего ресурса и достраиваем тот, который уже строится.Сегодня сложно сказать что будет через 20 лет, когда ресурс станций будет подходить к завершению и его нельзя будет продлевать. Это критическое решение нужно будет принимать по мере истечения этого срока. Сейчас я не вижу целесообразности и экономической возможности останавливать ядерную энергетику и выводить ее из эксплуатации.

- Как вы относитесь к планам правительства о переводе ТЭЦ на использование угля?

- Я бы сказал, что это правильное направление, но оно сейчас не настолько ясное, как хотелось бы. Есть ТЭЦ, которые технологически можно перевести на уголь, но существует ряд технологических, логистических и экологических ограничений. Согласятся ли экологи на сжигание угля вместо газа вблизи населенных пунктов? Какова цена обеспечения логистики - привести уголь, хранить его, убирать потом золу? Кроме того, большинство ТЭЦ не были спроектированы для того, чтобы использовать уголь.

ОБ УГОЛЬНОЙ ОТРАСЛИ

Фото: Предоставлено пресс-службой Фонда "Эффективное управление"

- В связи с чем в энергостратегии заложен резкий рост добычи угля?

- В энегростартегии на самом деле мы не планировали большие объемы добычи угля. Что мы сделали? Мы посмотрели на существующий шахтный фонд, на объемы возможной добычи и сказали, что себестоимость угля должна быть рыночной, чтобы он был конкурентоспособен. При сегодняшних условиях в отрасли уголь с конкурентной себестоимостью возможно добывать только в объеме указанном в стратегии. В этом случае, экономически обоснованный объем добычи составит 115 млн тонн в год, включая коксующийся уголь. То есть мы не прогнозировали добычу угля и не говорили, что нужно добывать столько или столько. Мы определили, каким будет спрос на уголь, и каким будет экономически обоснованный объем его добычи.Почему так было сделано? Планируется приватизация этой отрасли. Существует ряд шахт, которые будут привлекательны инвесторам. И если они захотят производить в три раза больше угля и у них будет такая возможность, а также они будут знать, куда его девать — прекрасно! Мы не пытались предсказать объемы добычи, как это делал Госплан в СССР по каждой шахте. Мы просчитали экономически обоснованный потенциал добычи угля, исходя из нашего понимания угольной отрасли. Будут ли добывать столько или свыше него — это уже сложно сказать.

Динамика добычи угля в Украине
Динамика добычи угля в Украине

- Как объяснить несоответствие заложенных в энергостратегии планов по закрытию неприбыльных шахт и заявления Бойко о том, что шахты в Украине закрываться не будут?

- Это очень сложный вопрос. Я думаю, сейчас преждевременно комментировать, будут закрываться шахты или нет. Можно логически предположить, что если на этапе приватизации инвесторам не понравилась шахта, и в то же время в ней нет потенциала для развития то, безусловно, ее надо будет закрыть. Более того, из услышанного мной заявления министра в прессе, это какая-то ближайшая перспектива. И я думаю это связано с тем, что до конца непонятно, какие шахты надо закрывать, как их закрывать и как устранить социальные последствия их закрытия.

- То есть когда будет понятно, куда потом трудоустроить нынешних шахтеров, шахты начнут закрывать?

- Думаю, нужно создать программу развития этих угольных регионов. То есть не смотреть, что мы с ними потом будем делать, а посмотреть, как эти регионы правильно развивать, чтобы они имели какой-то потенциал в будущем. Необходимо понять, как диверсифицировать источники доходов населения, чтобы они существовали не только за счет угольной отрасли.

- Должны ли оставаться шахты в государственной собственности?

- Мы считаем, что нет. Частный владелец намного эффективнее, потому что у него есть акционеры, которые постоянно требуют минимизировать себестоимость, привлекать лучшие технологии и так далее. Согласно статистике, в разных странах государственные компании не так эффективно работают, как частные. Это раз. Но существуют определенные условия, при которых государство должно оставаться владельцем определенного актива. Атом, например. Здесь заложена экологическая безопасность — государство несет более высокий уровень ответственности, чем частный инвестор. Если посмотреть на мировую практику, то можно увидеть множество примеров государственно-частного партнерства, где этой отраслью частично владеет государство, а частично — частный инвестор, но в большинстве случаев государство играет ключевую роль в атомной отрасли. То же самое, например, можно сказать о гидроэнергетике. Там тоже очень важен вопрос безопасности — если плотину прорвет, пострадают города, другие населенные пункты. Такого рода активы мы оставляем во владении государства.С шахтами таких рисков нет. Риски, которые есть, очень локализированы. Мы считаем, что баланс между эффективностью управления и "безответственностью жадного частного инвестора" допустим в этой ситуации, потому что потенциальный негативный эффект очень маленький и поэтому его легко будет устранить. Зато преимущества от управления частным владельцем очень высоки — они делают предприятие прибыльным, в результате значительно снижается субсидирование отрасли, а задача платить зарплату ложится на частного инвестора.

- А к какому сроку заложена приватизация шахт?

- Мы такой срок не закладывали. Мы ссылались на программу экономических реформ, где четко сказано, что к 2014 году они уже должны быть частными. Но мне кажется это маловероятным, потому что процесс приватизации очень сложен.

- Но ведь облэнерго продают успешно.

- Облэнерго — это естественный монополист, и потому процесс их приватизации чуть проще, чем приватизация шахт: приходит человек, дает деньги, ему дают документы — все, теперь ты собственник. С шахтами все по-другому. Шахт у нас неприватизированных около 120, а может, уже и меньше осталось. Чтобы начать процесс нужно, прежде всего, открыто предоставить информацию инвесторам, чтобы они могли провести анализ и принять правильное для себя решение.Наше мнение таково, что приватизировать нужно, но приватизировать необходимо только с разработанным планом развития экономики тех регионов, где есть риск закрытия шахт. То есть, нужно всегда в инвестиционном пакете учитывать социальные последствия и делить риск с инвестором, чтобы не получилось так, что придет какой-то инвестор и уволит половину работников, потом закроет шахту и так далее.

Нашей целью не является задушить угольную отрасль. Наша цель — реформировать ее, чтобы она была эффективной и более производительной, чтобы в масштабах государства она стала прибыльной и не требовала субсидирования.

Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter