ГоловнаКультура

Геннадій Козуб: «Сучасне мистецтво повинно бути на часі»

За 14 лет существования резиденция «Бирючий» стала знаковым местом для более чем сотни художников. Базируясь вначале на одноимённом острове Азовского моря, сегодня резиденция стала международной, экспериментирует с образовательными программами и выставочными форматами. 

LB.ua встретился с Геннадием Козубом – организатором и комиссаром «Бирючего», – и расспросил о творческих открытиях этого года, вызовах работы с художниками и демократизации современного искусства. 

Геннадий Козуб
Фото: iz.com.ua
Геннадий Козуб

В этом году резиденция «Бирючий» впервые прошла в Черногории. Почему выбрали именно эту страну?

На самом деле, мы только начали в Черногории – художники провели там три недели в июне, а 16 августа в Национальном музее в Цетине открылась выставка, которая будет действовать до 25 сентября. А 8 сентября уже вторая часть проекта продолжится в Украине на нашей постоянной локации – полуострове Бирючий на границе Запорожской и Херсонской областей. 21 числа мы проведём там финальную выставку, а уже 2 октября откроется экспозиция в Музее истории Киева. Она будет небольшая, но репрезентативная. К ноябрю подготовим каталог. Конечно, хотим показать проект и в большем объёме, но пока находимся на этапе переговоров. 

Над проектом в Черногории мы думали более двух лет. Предложение организовать там художественную резиденцию поступило от моего друга и земляка Андрея Любалина. Последние несколько лет он живет там и занимается созданием инновационной социальной сети для взаимопомощи и поддержки творческих людей Exodus. Изначально, планировалось большее количество участников, но были проблемы с финансированием. Уже потом, после окончания резиденции, мы все-таки получили грант от Украинского культурного фонда, что и дало нам возможность реализовать вторую часть проекта в Украине.

То есть, выставка, которая сейчас проходит в Цетине – промежуточная?

В рамках общего тайминга – да. Мы так предполагали изначально, но в итоге она вышла очень автономной и самодостаточной. Работы серьезных балканских художников придали экспозиции другого масштаба и дополнили проект разными медиа: видео, скульптурой, инсталляциями. Например, видео-документация перформанса «No Space» («Нет Пространства») художницы Сельмы Сельман (Selma Selman) из Боснии и Герцеговины, которая сейчас принимает участие в программе 58-й Венецианской биеннале, а работа «Warmth» («Теплота») Зорана Тодоровича (Zoran Todorović) из Сербии была представлена в национальном павильоне на биеннале еще в 2009-м. Босниец Младен Мильянович (Mladen Miljanović) привез пятиметровое панно из мрамора, очень сложную работу весом более двух тонн. Синиша Радулович (Siniša Radulović) и Елена Томашевич (Jelena Tomašević) из Черногории представлены в отдельном зале, который полностью занимают их две инсталляции. Конечно, привезти подобные работы в Украину было бы интересно, но достаточно сложно.

Значит, балканских художников в Украине мы не увидим?

Увидите, конечно. На Бирючий приедут авторы из Боснии и Герцеговины и Черногории, а еще художники из Испании, России и Беларуси. 

Экспозиция в Цетине
Фото: Facebook / Геннадий Козуб
Экспозиция в Цетине

А из Украины?

Конечно. Должны быть Андрей Блудов, Масим Мамсиков, Денис Рубан, Юрий Пикуль, Нина Мурашкина, Эльмира Шесмесидова, Владимир Воротнев, Юлия Беляева из Киева; Татьяна Малиновская из Харькова; Владимир Гулич и Настя Лойко из Запорожья; Юрий Коваль из Львова; Анна Бекерская из Крыма; Олекса Манн и Андрей Стегура из Ужгорода. Кроме них, еще ожидаем гостей: Владу Ралко, Владимира Будникова, Наталью Маценко, Юрия Ефанова, Соню Помогайбо и Наталью Карпинскую. В проекте также примут участие художники, которые представляли Украину на Венецианской биеннале в разные года – Артем Волокитин из Харькова и Жанна Кадырова из Киева. Возможно, еще приедет Сергей Братков, который также несколько раз представлял нашу страну на самом главном форуме мирового современного искусства. 

Раньше у «Бирючего» за год могло быть несколько тем и кураторов. Как будет в этот раз?

Курировать продолжит Константин Дорошенко. А вот Петар Чукович (Petar Ćuković), комиссар проекта из Черногории, к сожалению, приехать в этот раз не сможет.

Тема у нас также неизменна – «Исход». Под ней мы подразумевали не только библейскую историю, но и актуальное время, когда нужно находить выходы из кризисов, образовавшихся в мире. Это не конкретно про Украину или Черногорию – про кризисы во всех странах: экономические, социальные, политические. Найти какой-то определенный выход сложно, да и возможно ли? Вот художники и рефлексировали на эту тему. Кто-то показывал то, из чего мы пытаемся найти выход. Кто-то – к чему мы хотим прийти. Но все задумались о том, какие варианты исхода возможны. 

Насколько я знаю, система отбора художников у вас следующая – их предлагает вам куратор. А вот как тогда происходит выбор кураторов?

Мы долго ведём переговоры. С Дорошенко впервые обсуждали кураторство ещё в 2012 году. Потом обычно кураторы думают, как и что они хотят сделать. А иногда бывают совпадения в наших целях. Ведь каждому куратору импонирует какая-то группа художников, тема, что-то приемлемо, что-то – нет. Так что мы стараемся быть лояльными, так как понимаем: угодить всем – невозможно. И стремимся предоставить и кураторам, и художникам возможность реализовать свои проекты. В творческий процесс не вмешиваемся, а вот от организационных вопросов уберегаем. Так получается достаточно приятная коллаборация, где каждый занят своим делом.

Когда же мы решили проводить «Бирючий» в Черногории, нам нужно было выбрать местных художников и их произведения – но мы не в контексте, нам это сложно. Петар Чукович согласился представить свою страну и помочь, раскрыть заданную тему с помощью искусства балканских авторов.

Фото: Facebook / Геннадий Козуб

Как прошло открытие выставки в Цетине?

Меня удивил этот город – настоящая культурная столица Черногории, именно там в начале девяностых проводили Цетинские биеннале. Приезжало по несколько сотен художников со всего мира, всё было очень серьёзно. Сам же город очень маленький, население – буквально 14 тысяч человек. Но там настолько приятная энергетика, что и не скажешь сразу, что ты в маленьком городке. Всё очень культурно. А организация выставки в музее была спокойной, лёгкой и профессиональной.

Получали отзывы от публики?

Не преувеличиваю, все посетители были в восторге. В истории Черногории также были потери независимости, события, похожие чем-то на украинские. С другой стороны, Черногория – консервативная и закрытая страна. А мы с нашим проектом воспринимались как свежая кровь, дали им какое-то совершенно другое ощущение.

Как соседствовали между собой работы украинских и балканских авторов?

Между ними большая разница: все украинские работы на выставке сделаны во время резиденции, свежие, как горячие пирожки. А работы художников из балканских стран – из разных проектов, но абсолютно соответствующие нашему проекту. Много технологически сложных работ, которые нельзя сделать в короткие сроки, за две-три недели, как в резиденции, например. Благодаря этому (отмечу, что это большой труд куратора и комиссара), выставка получилась сбалансированной, работы явно дополняли друг друга.

Что из работ черногорской части резиденции удивило больше всего?

Все работы достойные. Мне лично ближе по духу минималистичная инсталляция Елены Томашевич и панно Младена Мильяновича. Может потому, что я определенно понимаю: работы, сделанные быстро – экспрессивны, и именно с такими работами мы имеем дело на резиденциях, а когда автор работает над одним произведением более полугода – это без сомнений монументальный труд. А вот наши, украинские участники, действительно удивили. 

Как всегда, на высоте ироничные и провокационные работы Сергея Браткова. Ещё мне очень понравились новые работы Apl315, сделанные из крыльев бабочек и металлических артефактов, найденных непосредственно вблизи Горного Морина. Я считаю, что они – прорыв для него, как для художника. В большой серии Влады Ралко оказалось много черногорской символики, орудий тяжелого труда, благодаря которому многие века выживали суровые горные жители. В работах Романа Михайлова я увидел смыслы, которыми было насыщенно именно наше пребывание на черногорской резиденции. 

Работа Apl315
Фото: Facebook / Геннадий Козуб
Работа Apl315

Если посмотреть на список художников «Бирючего» с 2016 года, то можно определить уже устоявшийся круг художников симпозиума – в последнее время «новых» имён особенно мало. 

Во время резиденции мы на три недели вырываем человека из привычной жизни и привозим в незнакомые условия. Кто-то адаптируется, а кто-то не выдерживает и уезжает на второй день. Многие думают, что это отдых, но, на самом деле, перед тобой оказывается колоссальный объём работы. Нужно сконцентрироваться и сделать продукт, соответствующий теме, и за который тебе самому не будет стыдно. Это твоё имя и имидж. Так что художники на таких выездах и сами могут не выдерживать по творческим, психологическим, чисто человеческим причинам. 

Поэтому, понимая, что на новом месте нужно будет отработать очень чётко, ведь никто не знает, как именно всё будет, мы делаем ставку уже на проверенных «бойцов». Кто-то готов к экспериментам, а кому-то лучше работать в собственной мастерской. Некоторые жить не могут без «Бирючего». Бывали и случаи, когда на месте художник ничего не презентовал, зато выдавал отличную работу через полгода – и это тоже нормально. В любом случае, мы всегда стараемся делать акцент на новых именах. В этом году наш арсенал расширился на 10 новых имен, также, планируется сотрудничество с новыми авторами и на следующий год.

Вы анализировали, как менялись подходы к работам у художников на протяжении 14 лет существования симпозиума?

Конечно. Основное – работы меняются вместе с технологиями. В этом году у нас появился, например, 3D-репортаж авторов из Чехии Павлы Никитиной (Pavla Nikitina) и Йиржи Пеца (Jiří Pec). Всё чаще художники работают с новыми медиа, и мы стараемся поддерживать авторов, которые заняты в этой сфере. 

Для будущего анализа мне кажется очень важным, что каждый год мы выпускаем каталог и фиксируем определённый срез украинского искусства. Остаётся документация сделанного для будущих исследований. 

В 2014 году в одном из интервью вы рассказывали, что тогда «Бирючий» столкнулся со сложностями: участники из Италии не смогли посетить Украину из-за страха перед военными действиями. Уже в 2015-м симпозиум расширил свою географию и резиденции стали проводиться, в том числе, и в других странах. Связаны ли два этих события?

Нет. Это обычный результат роста, взаимодействий с теми же итальянцами, американцами, поляками. Культурная дипломатия, которая помогает украинским и зарубежным художникам показать себя и чему-то поучиться. Получаются живые контакты между участниками, и в них мы уже не вмешиваемся. Но, вместе с этим, расширяя этот круг, мы получаем новые предложения – как, например, с Черногорией в этом году.

Сейчас иностранные художники легче соглашаются приезжать в Украину?

Почти без опаски.

Работа Открытой группы (Львов) на резиденции Бирючий в 2014 году
Фото: Предоставлено организаторами резиденции
Работа Открытой группы (Львов) на резиденции Бирючий в 2014 году

В последнее время появилось много разговоров, что интерес к украинскому современному искусству в Европе спадает, а пик был именно в 2014-2015 году, как результат Революции. 

Я этого не ощущаю. Что касается нас, мы целенаправленно и системно популяризировали украинское искусства, развивали место – полуостров Бирючий. И сейчас наблюдаем результат. Резиденцией интересуются разные художники из разных стран. Но их темы не всегда подходят под наши, так что состыковать их получается не так часто. 

Главное, надо не ждать, а показывать и рассказывать о себе – тогда будут и приглашать, и приезжать. 

После того, как вы стали проводить «Бирючий» за пределами самого острова, изменилась ли атмосфера резиденции? Стало ли меньше свободы для художников и кураторов?

Естественно, у нас нет задачи повторить Бирючий – с его морем, пляжами, лиманом и небом. Мы хотим, чтобы свобода была максимальной, но вместе с этим понимаем: приезжая в новую страну, у нас уже есть какие-то обязательства. Хотя, мы всё равно размещаемся в отдалённых местах, подальше от больших городов. 

Какие проблемные точки видите сейчас в украинской сфере культуры?

У нас количество хороших художников существенно превышает количество тех людей, которые могут поддерживать искусство и интересуются им. 

А ещё, у нас очень сложно пишут об искусстве, любят настолько закручивать тексты, что людей просто сметает от них, как взрывом. Может быть, стоит демократизировать современное искусство – а то в нашем обществе оно воспринимается как нечто запредельное.

В тоже время, меня вдохновляет следующая тенденция. Когда мы в этом году подавали заявку на грант от Украинского культурного фонда, то вместе с нашей было порядка 40 заявок на организацию резиденций. А я помню, когда мы были одни в Украине. И это хорошая, позитивная тенденция. 

Вы уже планировали тему резиденции на следующий год?

Нет. Мысли есть, но ещё не решали точно. О чём-то мы разговариваем уже год или даже несколько лет. Сейчас я прокручиваю в голове три-четыре проекта – все разные и нужно понять, насколько они будут актуальными через год. Сейчас всё скоротечно, вокруг всё быстро меняется. Поэтому мы не строим планов на длительные периоды. Не вижу смысла, ведь современное искусство должно быть ко времени. 

Могу сказать, что точно будем делать большую ретроспективную выставку в 2020-м – «Бирючему» исполнится 15 лет.

Выставка в Цетине продлится до 25 сентября, резиденция в Бирючем – с 8 по 23 сентября.

Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter