ГоловнаКультура

Балерина Катерина Ханюкова: «Ми зараз формуємо імідж нової країни»

Екатерина Ханюкова - известная украинская балерина, в прошлом - солистка Национальной оперы Украины. Сегодня она – танцует в Английском Национальном балете, куда ее - без прослушиваний и в середине сезона, что является беспрецедентным, - пригласили год назад. Екатерина танцевала на самых известных сценах мира, среди которых - Женевский Большой театр, Римский оперный театр, Кёльнская опера и мадридский Королевский театр. В каждом своем интервью она не перестает заявлять: «В какой бы стране я ни танцевала, я всегда остаюсь украинкой».

5 июня на сцене Национальной оперы Украины она станцует партию в балете «Дон Кихот». Мы говорили с Екатериной об украинском и европейском балете, реформах, в которых нуждаются украинские театры, а также о том, что может сделать артист для своей страны за границей.

Уже год вы - солистка Английского национального балета. Когда поняли, что пришло время двигаться дальше и сменить сцену Национальной оперы?

Я никогда не планировала уезжать, поэтому Лондон никогда не был конкретной целью. С 17 лет я работала в Национальной опере Украины, родилась я тоже в Киеве, семья живет в Киеве и себя я видела только здесь. Но в определенный момент мечты и цели, которые я перед собой ставила, пока училась, сбылись и мне стало немножко тесно.

В Национальной опере Украины потрясающий классический репертуар, которому многие театры мира могут позавидовать. У нас есть полностью вся классика, но при этом напрочь отсутствует модерн. Почему-то у нас модерн считают второстепенным. Но ведь это совершенно другое направление в танце, в искусстве. Модерн ведь бывает разным, посмотрите работы Уэйна МакГрегори или Лиама Скарлетта.

Есть же неоклассика. Сейчас я в Мадриде буду танцевать «No Man’s Land» Скарлетта. Он молодой британский хореограф, выходец из Королевского балета. «No Man’s Land» поставлен на послевоенную тематику. Это спектакль о девочках, которые делали бомбы во время Первой мировой войны. Они засыпали радиоактивные вещества в бомбы, и знали, что могут прожить лишь короткий отрезок времени.

«Спящая красавица» создавалась сотни лет назад, «Лебединое озеро» тоже. Классический балет – это балет-сказка, балет-феерия, а в модерне больше реализма и это дает шанс показать то, что происходит сейчас в мире. Я считаю, это тоже важно.

Балет <<Легенда про любовь>>
Фото: teatry.com.ua
Балет <<Легенда про любовь>>

Отбор в Национальный английский балет требует, чтобы артист был хорош и в классическом, и в модерном балете. Что вам ближе?

Мне, конечно, ближе классика. Когда я училась в Киевском государственном хореографическом училище, у нас современный танец не преподавался, что, я считаю, – минус. Тем не менее, в Украине есть потрясающие педагоги по классическому танцу. Ни для кого не секрет, что если ты хорош в классике, то тебе значительно проще со всеми остальными видами танца. С педагогами мне безумно повезло.

В Нацоперы я была ведущей солисткой и когда Тамара Рохо, артистический директор Английского национального балета, увидела меня, ей понадобилось ровно 10 минут, чтобы подойти и сказать «я хочу, чтобы ты была с нами».

Сначала я скептически восприняла эту идею, а потом решила – почему нет. Когда я стояла перед выбором: ехать или нет, мой педагог, ментор и сенсей, Алла Вячеславовна Лагода, сказала очень правильную вещь: «Ты сделала здесь все, что хотела. Толкнуть такую махину в одиночку и попробовать что-то сделать достаточно сложно, особенно для девушки. У тебя есть шанс, никто ведь не говорит, что нужно уехать и хлопнуть дверью».

Меня пригласили (в Англию) не потому, что я такая обалденная, а просто потому, что здесь меня хорошо выучили. И я всегда буду за это очень благодарна.

Как вы оцениваете уровень украинского балета? Насколько он близок к европейскому уровню?

У нас очень хорошая школа, замечательные педагоги, которых нужно поддерживать. Они с утра до ночи сидят в ногах у детей и пытаются научить их пятой позиции и многим премудростям. Педагоги в училищах, которые работают за копейки, - люди идейные. Они идут в эту профессию и отлично понимают: все, что будут иметь – это отсутствие праздников, нормальных выходных, распорядка дня, и больные ноги. Но самый большой бонус получаешь, если любишь эту профессию. Ты выходишь на сцену и все сложности уходят на второй план, когда спектакль проходит успешно.

&lt;&lt;Дон Кихот&gt;&gt;
Фото: Предоствлено пресс-службой
<<Дон Кихот>>

Мне очень нравятся детские спектакли. Кстати, в Лондоне гораздо меньше детских спектаклей, чем у нас. Детям все равно: два тура у тебя, или три, их либо цепляет, либо нет. Когда после спектакля дети подходят и говорят «я хочу быть такой, как ты», в такие моменты я понимаю, что правильно выбрала профессию.

Это один из плюсов Национальной оперы - детские спектакли - и их нужно развивать. На нас лежит ответственность за формирование вкуса у общественности. Нельзя ведь давать читателю желтую прессу и ожидать, что он будет восхищаться Достоевским.

В Национальной опере Украины огромное количество классических спектаклей, но его стоит расширять. Мы можем разнообразить наш репертуар и дать зрителю выбор, ведь его мнение основополагающее.

Мне нравятся некоторые моменты в театральной системе Британии, и я считаю, мы можем их очень успешно применить.

Какие, например?

Основной момент, и это ни для кого не секрет, - финансирование. Скажем прямо: у нас культура, к большому сожалению, формировалась по остаточному принципу.

К примеру, с момента избрания новой Рады я не нашла ни одного законопроекта, касающегося финансирования театров и Национальной оперы. В Раде есть неплохие законопроекты, но они касаются кинематографии - я очень рада, что они вспомнили, что у нас есть кино, и стараются его поддержать. Безусловно, это дело не одного дня, в этом вопросе нужен комплексный подход.

В этом году у нас военный бюджет, и я абсолютно это понимаю. Однако в таких случаях всегда вспоминаю Черчилля. Когда ему предложили во время военного времени сократить расходы на культуру, он ответил «А ради чего мы тогда воюем?».

В ситуации в культуре отчасти есть и вина каждого из нас: если бы мы в течении прошлых лет больше обращали внимания на эту проблему, возможно, сейчас бы не было такой войны на Донбассе.

Что же происходит в Британии? Национальный английский балет финансирует Art Council – это что-то наподобие нашего Министерства культуры. Если зайти к ним на сайт, можно с точностью до фунта посмотреть, сколько и на что выделили денег. Я считаю, это стоит взять на вооружение нашему Министерству, ведь это шаг к прозрачности. Я хотела найти информацию, какая сумма выделяется в этом году из бюджета, но это достаточно сложно. Почему? Это то, что должно быть на поверхности. Кроме того, в Британии существует - Private Sources of Funding - частные источники финансирования. Это то, чего в Украине нет, но непременно должно быть, я уверена.

Я читала одно из последних интервью Вячеслава Кириленко, в котором он также говорил о необходимости искать альтернативные источники финансирования. Так вот же они. В идеале, помимо частных источников, если говорить на примере Нацоперы, должен существовать резервный бюджет. В таком случае вы уже не так зависимы от государства и можете в будущем и выделить деньги на какой-то новый проект. Почему бы, например, не дать возможность молодым хореографам показать себя?

Законопроект о меценатстве лежит на полках уже достаточно долго. А первое, что нужно делать – проталкивать его.

Для помощи украинскому балету я стараюсь привлечь людей из обоих стран, ведь живу в Лондоне, но душой все равно в Украине. Карьера балерины достаточно короткая, и я хочу успеть сделать максимально много, чувствовать себя полезной своей стране.

Фото: Предоставлено пресс-службой

Вы как-то сказали, что «В какой бы стране я ни танцевала, я всегда остаюсь украинкой». Как это влияет на восприятие вашего творчества за границей у зрителей и людей искусства?

Я приехала в Лондон в марте прошлого года, сразу после событий на Майдане. Для ребят из английского балета это был нонсенс – впервые в истории компании в середине сезона появляется новый человек в труппе. Они знали, что я из Украины, смотрели BBC, CNN. Сначала ко мне относились несколько настороженно, но прошел месяц, и они начали спрашивать о событиях в Украине. Когда я только приехала, мне предлагали сделать британский паспорт. Но зачем? Я – украинка с головы до пят, и я горда этим.

Я понимаю, что в мире Украину не воспринимают пока как топ-страну, да мы и сами ее так не воспринимаем. Но я родилась в этой стране, и она дала мне все, о чем я могла мечтать. Сейчас очень важный период для Украины. На нашу страну обращено очень большое внимание всего мира. У нас появился шанс по-новому представить Украину в мире. За границей я ощущаю, что я представляю целую страну и на мне большая ответственность. Мы сейчас формируем имидж новой страны.

Россия – последняя страна, в которой я хотела бы быть. Это не относится к сегодняшним событиям, а связано с тем, что происходит там: запреты гей-парадов, свадьба 17-летней девочки – вот и все, что нам нужно знать о состоянии прав человека в России, точнее, об их отсутствии. Все это происходило в России и гораздо раньше.

Я до сих пор не могу поверить, что Крым сейчас не с нами. Я была в Мексике, Колумбии, Индии, 4 раза в Китае, в Японии раз 6, а в Крыму – 1 раз в жизни. Но я не поеду туда до тех пор, пока он российский.

Катя Куницкая Катя Куницкая , Журналист
Читайте новости LB.ua в социальной сети Facebook