ГоловнаКультура

Мрією і не пахне

В украинский прокат со значительным опозданием выходит участник прошлогоднего Каннского кинофестиваля – эмигрантская драма “Роковая страсть” американского режиссера Джеймса Грэя.

Дарья Бадьёр Дарья Бадьёр , Редактор отделов "Культура" и "Блоги"

Фото: Артхаус Трафик

Джеймс Грэй, будучи одним из самых недооцененных американских режиссеров, вместе с этим является одним из ключевых авторов в США. Потомок эмигрантов из Одессы, Грэй снимает не столько об эмиграции (как внешней, так и внутренней), сколько о кровных узах, ею питающихся, под разными соусами. То делает криминальную драму “Хозяева ночи”, то мелодраму “Любовники”. Теперь вот – “Роковая страсть”, которая на самом деле называется просто “Иммигрантка” (украинские дистрибьюторы в который раз решили позаимствовать название у российских коллег).

Соль в том, что в истории о любовном треугольнике между молодой полькой Евой (Марион Котийяр), приютившим ее сутенером Бруно (Хоакин Феникс) и его кузеном фокусником Орландо (Джереми Реннер) нет никакой страсти. Есть ее христианское смирение, болезненная одержимость Бруно и авантюризм иллюзиониста, влюбляющегося в Еву.

Поместив свою героиню в антураж фильмов об этой же эпохе – “Однажды в Америке” Серджио Леоне или второго “Крестного отца” Фрэнсиса Форда Копполы, Грэй не только делает реверансы в сторону киноклассики, но и развенчивает основу основ американской культуры – феномен американской мечты.

Фото: Артхаус Трафик

Ева и ее сестра Магда приехали из Польши в поисках лучшей жизни, и, не будь это фильмом Джеймса Грэя, обязательно бы ее нашли. Но у Магды – подозрение на туберкулез, а Ева вынуждена подрабатывать в манхэттенском кабаре, танцуя в образе Статуи Свободы, и на панели, чтобы выручить сестру. Никакой мечтой здесь и не пахнет, а пахнет дешевой косметикой из арсенала хозяйки кабаре (ее, кстати, играет Елена Соловей), сыростью и нестираными простынями, на которые не так страшно смотреть лишь потому, что фильм снят в приглушенных тонах сепии – совсем как эпизоды о молодом Вито Корлеоне во втором “Крестном отце”.

Осознавая всю трагичность обстоятельств, в которые попадают будущие граждане США, прибывая на остров Эллис, с которого открывается вид на Статую Свободы, Джеймс Грэй не стесняется рассказывать их истории на языке больших жанров. Он не скрывает, что снял фильм-оперу, и “Роковая страсть” действительно хорошо смотрелась бы на сцене в обрамлении золотых ангелочков и античных статуй оперных театров.

Формально, “Роковая страсть” – это крупнокалиберная мелодрама, но ее нарочитая бесстрастность и нетривиальный финал доказывают, что Грэй не только ломает каноны жанра, но и подкладывает под его соусом настоящую древнегреческую трагедию.

В прокате с 5 июня.

Впервые опубликовано в газете "Левый берег", №4 от 6 июня 2014.

Дарья Бадьёр Дарья Бадьёр , Редактор отделов "Культура" и "Блоги"