Больница скорой помощи. История + отчет о поступлении и расходовании средств

В первую очередь хочу поблагодарить те тысячи, а возможно и десятки тысяч людей, которые оказывали максимально возможную для них помощь. Волонтеров, самооборонцев, простых людей, которые несли в БСП лекарства, еду, деньги, вещи. Таково единения я не видел никогда. Даже на миллионных митингах на Майдане. Это было единение общим делом, которое имело единственную и очень четкую цель – спасти и обеспечить безопасность бойцов Майдана и просто случайных людей, которые пострадали от действий неадекватной власти.

Фото: Макс Левин

Как все происходило. С началом активной фазы противостояний на Майдане и правительственном квартале каждый искал то место, где может быть наиболее полезным. Я оказался в БСП. Сначала вывозил раненных. Когда машин стало много и «конвейер» отправки заработал по полной, по просьбе Оксаны Продан (взявшей на себя общее руководство в БСП) занялся общей координацией людей, которые работали или просто собрались вокруг БСП. Чем и продолжал заниматься вплоть до пятницы.

Сейчас ситуация в БСП полностью спокойна, многие раненные уже отправлены за границу на реабилитацию. Отсюда возникла возможность уделить время описанию того, что происходило и дать, наконец, полный промежуточный отчет по поступлению и расходованию средств.

18 февраля, после жестких столкновений на Печерске в БСП начали массово поступать раненные. Кареты скорой подлетали одна за другой. В БСП уже работали волонтеры, которые появились здесь еще со времен избиения автомайдановцев. Но в данной ситуации они оказались просто неспособны отследить и помочь такому количеству раненных.

БСП бросила клич: нужны волонтеры на авто. Дело в том, что маршрут скорой помощи фиксируется и доставка больного с Грушевского или Европейской автоматически означало, что он является потенциальным клиентом той правоохранительной системы, которая тогда еще была не «с народом», а с Януковичем.

Раненых регистрировали под чужими фамилиями. Те из них, кто был ранен более-менее легко, сразу же вывозили. Моя машина была первой или одной из первых. Я сделал две ходки, отвезя трех раненных в греко-католический собор на Левобережной, где их согласились принять.

К семи вечера возле БСП уже собралась толпа народа. Кто-то предлагал свои услуги по перевозке, кто-то готов был взять раненных на дом, кто-то организовывал различных людей в отряд самообороны, люди массово несли продукты, лекарства, вещи. Это был хаос, но этот хаос в то же время работал, стоило только произнести несколько фраз и определить помещения и ответственных за то или иное направление.

В результате все начало работать как муравейник. Огромное количество людей делали какую-то свою, небольшую работу, но эффект был грандиозный. Составлялись списки волонтеров, начали вывозиться после операционных лежачие раненные, их переправляли в другие больницы, где записывали как пострадавших в ДТП, вокруг БСП были выставлены посты, чтобы обеспечить безопасность. Могу сказать, что уже к вечеру 18 февраля БСП полностью контролировалась волонтерами.

Дошло до анекдотов. Ближе к ночи к БСП подъехала скорая, которая доставила раненных из Деснянского райотдела милиции. Тех ребят, которых избили милиция и титушки в Мариинском парке, а потом забрали в милицию. С них взяли показания, а потом отправили подлечиться.

Первую скорую в БСП пропустили, не заметив, что внутри кроме наших людей есть еще и милиция. Но, когда милиционеры одели на парней наручники и попытались войти с ними в приемное отделение, народ заставил милиционеров наручники снять. Раненные зашли в больницу, милиция ретировалась. Вторую скорую с милиционерами задержали на въезде на территорию. После недолгого препирательства нам удалось убедить милиционеров и организовать для них коридор, чтобы они смогли спокойно уйти. Народ даже проскандировал: «Молодцы!»

В результате в специальных боксах МВД, которые находятся в БСП, оказался только один раненный, который решил не уезжать после разговора со своим адвокатом. Все остальные наши люди были освобождены. С милицией, которая охраняла эти боксы, была достигнута договоренность, что они не высовываются, иначе мы не сможем гарантировать их безопасность. Милиция отнеслась к этому с пониманием, и числа до 23 февраля ее вообще не было видно. Тогда же 18 февраля к нам подъехал зам. начальника Деснянского РОВД по общественному порядку. Мы спокойно поговорили и убедили его, что милицейская охрана БСП в данных условиях нецелесообразна. К сожалению, пока мы общались, кто-то порезал шины на его машине. За что мне несколько даже неприятно – зам. начальника РОВД оказался нормальным человеком, разговаривать и договариваться с ним оказалось достаточно легко. С другой стороны я не могу обвинять и «мстителя». Сказать, что люди нервничали – ничего не сказать.

В дальнейшем, пока ситуация не стабилизировалась, любые действия МВД первоначально согласовывала с нами, даже такие, как появление оперативной группы, которая должна была допросить какого-то человека, слегка подрезанного в бытовухе.

В целом, по сравнению со всем остальным городом, и особенно центром и Майданом, ситуация в БСП была настолько если не спокойной, то рабочей, что на массу телефонных звонков от друзей и товарищей по общественному движению я отвечал: «В БСП все хорошо!»

19 февраля, после ночного штурма Майдана ситуация накалилась. Добавила непроверенная и откровенно провокационная информация о толпах титушек, которые якобы бегали по городу. В результате в БСП едва не произошла стычка наших групп, которые не смогли друг друга идентифицировать. Прозвучал даже выстрел из какой-то пугалки. До прямого контакта не дошло. Нервы быстро потушили. После этого все самообороновцы БСП начали ходить с повязками. Правда в Инете пошла информация, что БСП захватили титушки, и нам пришлось уже отбиваться от желающих нас «освободить». Но обходилось уже без конфликтов. Пароль «Слава Украине» - «Героям слава» работал как часы!

К 19 числу мы выделили для себя три главных направления нашей деятельности.

Первая. Непосредственная помощь раненным. Всех, кого можно было перевезти, мы перевозили в безопасные места. В результате из около 120 человек, которые поступили в БСП, в ней осталось меньше 40. Две трети мы вывезли. Было налажено снабжение наших раненных медикаментами, едой. Возле всех, кто не в реанимации, находились волонтеры.

Вторая. В связи со сложной обстановкой в городе БСП начала работать как гуманитарный перевалочный центр. За все время жесткого противостояния мы собрали и переправили на Майдан без преувеличения тонны продуктов и вещей. Центр работал не только в гуманитарных целях. Сорок шесть покрышек, которые уже оказались не нужными на Майдане, мы только вчера вывезли с территории больницы. Сколько же их было отправлено, мне сказать тяжело. Явно сотни.

Третья. Я бы назвал ее социально-психологической. Мы задействовали огромное количество людей, которые по тем или иным причинам не поехали на Майдан. Но эти люди сделали свое дело, обеспечили защиту БСП в самое сложное время, участвовали в охране общественного порядка в ближайших микрорайонах. На каком-то этапе, после 21 февраля, такое количество охраны уже было не нужно. Но мы продолжали выставлять посты на дальнем периметре БСП просто для того, чтобы задействовать этих людей.

О плохом. При том, что 99% людей, которые приходили к нам были искренние и желали чем-то помочь, были и люди, которые использовали хаос ситуации в корыстных целях. Сейчас уже мы точно знаем, что на начальном этапе проходило хищение лекарств и вещей. Оно не носило системный характер, но оно было. Приходили какие-то люди и просили лекарства. И им давали. Кто-то передавал какие-то вещи не нашим людям.

Но на первом этапе мы могли лишь минимизировать подобные негативные явления. Нужно четко понимать, что организацией приемки занималось десятки людей, не существовало контроля, не было возможности этот контроль установить, не было даже возможности установить какие-то единые правила выдачи и заставить всех их придерживаться. Повторюсь, мы работали в кризисной ситуации, в хаосе и максимум что могли делать – координировать ситуацию, но уж точно не управлять ею. Уже после где-то 22 февраля ситуация стала полностью контролируема, были установлены единые правила приема и выдачи медикаментов и вещей.

Пишу это для того, чтобы быть объективным. К сожалению, «маемо, что маемо». Плохое было. Были и нажравшиеся малолетки, которые вроде как пришли сами и вроде как подчинялись командам, потому их никто не отправлял, а потом они где-то откопали спирт… Естественно, что после этого на территорию БСП их не пустили.

Но на фоне всего остального это мелочь. В целом люди в БСП работали классно, обеспечивая выполнение всех поставленных целей.

С деньгами все было нормально, здесь был полный контроль. С 20 февраля мы начали собирать деньги, которые несли люди. До того этим занималась организация волонтеров «Варта лікарень». Мы посчитали, что с учетом того, что значительное количество раненных поступает именно к нам, многим нужны какие-то редкие лекарства, то будет разумнее, чтобы эти деньги находились у нас, и мы будем лекарства оперативно выкупать. Сбор денег проводился в специальные ящики, выемка производилась минимум тремя людьми. Мы не представляли, что суммы будут столь значительны, и на порядки будут превышатьнаши потребности в медикаментах. Так что сперва мы передали крупную сумму (около 173.000) в медицинский центр Майдана, но там она в полной мере тоже не понадобилась, и помощник Ольги Богомолец часть ее (70.000) вернул нам.

После этого мы пришли к тому, что часть средств начали передавать раненным, которые выписывались из БСП. Мы определили такую сумму в 2.000 гривен, но при выдаче исходили в первую очередь не из серьезности раны, а из материального положения семьи. Объяснюсь. Дело в том, что большая часть выписываемых выезжают на реабилитацию в одну из европейских стран. Большинство в Польшу, часть в Чехию, один вчера выехал в Румынию. Там им медицинская помощь будет оказываться бесплатно, а европейские фонды смогут обеспечить их всем необходимым, в том числе и деньгами. Так что мы выдавали по 2 тысячи, но зачастую принимали коллективное решение и выдавали 4 тысячи. В одном случае мы выдали такую сумму пацану из России, кличка «Питер», который сражался на Майдане и был избит Беркутом. Парень решил остаться в Украине, не имея ни квартиры, ни денег. В других случаях наши волонтеры, которые непосредственно общались с раненными, говорили нам о сложном финансовом положении семьи и мы принимали такое решение. Детей в отсутствии кормильца, который выезжает на реабилитацию за границей нужно как-то кормить. Все выплаты производились как минимум одним координатором в присутствии минимум еще одного волонтера. Некоторые небольшие суммы выплачивались нашими волонтерами людям, которые были у нас, но еще 18 февраля были вывезены.

Еще по нашим расходам.

Медоборудование. Кое-чего в БСП не было. Мы это закупили. Все что закупалось по этой статье подтверждено чеками.

Лекарства. Большая часть лекарств были в БСП. Значительную часть нам приносили. Плюс, мы добавляли объявления в Интернете и нам привозили многие даже очень редкие и дорогие лекарства. Лишь незначительную часть мы закупали. Все по чекам.

Связь. Мобильные и стартовые пакеты для раненных и волонтеров, карточки и пополнения счетов. Рации для самообороны.

Хознужды. Мы минимизировали затраты. В основном нам приносили, наших людей бесплатно подвозили и т.д. В то же время некоторые суммы пошли по этой статье. Иногда нам нужно было отправить ночью волонтера, и у нас не было машины. Иногда машина была, но у наших парней заканчивались деньги, и мы выдавали некоторые суммы на заправку. Иногда у нас возникали дырки в продуктах, например, заканчивалось молоко или хлеб и мы их закупали. Ведь кроме ранненых нам нужно было кормить еще и волонтеров, и самооборону.

В целом же мы пытались максимально снизить все статьи расходов, чтобы передавать максимальные суммы в руки людей. Вот общие цифры:

Поступления 323.798

Расход 235.978

В том числе:

Реабилитация раненных 88.850 (на субботу выдана 34 людям)

Медицинский центр Майдана (Богомолец) 102.950

Медоборудование 21.426

Лекарства 5.604

Связь 3.890

Хознужды 9.394

Прочие 3.864

Кассовый остаток 87.820

Богомолец + раненным + остаток – 279.620 (86% от собранной суммы)

P.S. В центральном холле БСП ныне стоит стол с тремя фотографиями и зажженными свечами. Трое парней, которых не смогли спасти даже хирурги БСП.

Очень хочется, чтобы слова «Героям слава!» из констатации трагедии превратились в память о героях…

Но я уверен, что опыт самоорганизации БСП – одна из ступенек лестницы, поднимаясь по которой становятся Народ, Государство и Демократия!

Анатолій Велімовський Анатолій Велімовський , Кризовий менеджер, голова ГНР КМКЛ ШМД
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook і Twitter