Всі публікаціїСуспільство

Дитина — отже, не людина?

Как случилось, что диспетчеры «скорой» не приняли вызов от истекающего кровью ребенка, и чуть не стали виновниками его смерти.

Виктория ГерасимчукВиктория Герасимчук, Заместитель главного редактора

Фото: www.shunk.ru

Ситуация кажется совершенно чудовищной: 7-летний ребенок с отрезанной рукой 13 раз звонил в «скорую», но диспетчеры отказывались высылать к нему помощь. Они приняли его звонок за шутку (неужели по телефону не было слышно, что мальчику правда больно?) и даже грозились сообщить в милицию о хулиганстве.

И тут все наконец заметили то, что существует в стране долгие годы: ни «скорая помощь», ни пожарные, ни милиция не поедут на вызов к ребенку. Разве что диспетчер попадается особо сердобольный. А так — ребенок в нашей стране считается существом неблагонадежным, склонным к вранью и шалостям. Может, вы и сами в детстве звонили «01», пытаясь вызвать бригаду к дому своего одноклассника, потому что это казалось вам очень забавным. Может, действительно больше половины вызовов от детей — лишь проделки от избытка свободного времени. Но даже если случится что-то серьезное и ребенок будет рыдать в трубку самым настоящим образом — помощь не придет, пока звонок не продублирует взрослый. Сколько детей погибло из-за этого порядка — вряд ли известно даже тем самым диспетчерам с их каменными сердцами.

С милицией вообще особо тяжелый случай. Поскольку ребенок не может нести ответственность за дачу заведомо ложных показаний, его показания в Украине вообще никак не учитываются. Если ребенок придет в милицию в крови и скажет, что его только что пытались убить за углом — у него не примут заявление. Не примут, даже если он приведет своих родителей — они ведь не видели драки, а, значит, свидетельствовать вместо ребенка не могут.

Если ребенок придет в милицию и пожалуется на то, что его бьют родители — шансы на то, что будет заведено уголовное дело, равно нулю. Наша страна пережила педофильский скандал, но не выработала никакого механизма помощи детям, страдающим от насилия дома. Свидетелей нет, дети априори считаются лжецами... кому они могут рассказать о том, что их насилует отец?

А как часто сами родители не верят своим детям? Родители, воспитатели, учителя - любые взрослые, чего же мы ждем от тех из них, кто работает в милиции или в диспетчерской "скорой"? Они просто такие же, как все.

Дети в Украине имеют примерно столько же прав, сколько собаки. Ну хорошо, хорошо — собаки не имеют права на бесплатное образование, а у детей оно пока что есть. В целом же — они только придатки своих родителей, не имеющие права голоса практически ни в каком вопросе. И даже права на вызов скорой. С другой стороны, попытки Европы и США дать больше прав детям привели лишь к тому, что государство начало весьма неуклюже вмешиваться в частную жизнь людей, потому призывать к внедрению ювенальной юстиции в Украине, где он государства мы в принципе ничего хорошего не ждем — вообще настоящее преступление.

Так к чему же мы можем призывать? По крайней мере, к выдаче новых инструкций для основных служб помощи. Министр здравоохранения Раиса Богатырева уже заявила, что поведение диспетчеров, которые не приехали на вызов к мальчику в Горловке, «недопустимо». Хотелось бы, чтобы это «недопустимо» получило форму приказа — и более крики о помощи ни детей, ни взрослых не игнорировались.

Виктория ГерасимчукВиктория Герасимчук, Заместитель главного редактора