Всі публікаціїКультура

Ненаукова фантастика

В прокат выходит долгожданный “Прометей” Ридли Скотта — космологический хоррор про научную экспедицию к истокам человеческой цивилизации и по совместительству — предисловие к знаменитым фильмам про “Чужих”.

Дарья БадьёрДарья Бадьёр, Редактор отделов "Культура" и "Блоги"

Экспедиция обнаруживает загадочную комнату с контейнерами Чужих
Экспедиция обнаруживает загадочную комнату с контейнерами Чужих

В земных пещерах ученые находят один и тот же знак, принимают его за сигнал из космоса, разводят мультимиллиардную корпорацию на финансирование и отправляются на далекую планету в поисках наших праотцов. Праотцы на поверку оказываются трехметровыми голубокожими антропоморфными существами а-ля Доктор Манхэттен. Снабженные плотными панцирями, высокими технологиями и даже биологическим оружием существа, правда, мертвы уже около 2000 лет, но это не отнимает у ученых (Нуми Рапас и Логан Маршалл-Грин) энтузиазма докопаться до истины.

Это высокое стремление — ответить разом на все научные и философские вопросы — и отличает “Прометей” Ридли Скотта от его же “Чужого”, снятого 33 года назад. Возраст сказался не только на великом гуру сайфая, но и на самом жанре, облюбованном им в далекие 80-ые.

Прелесть “Чужого” была в его универсальности — все хоть сколько нибудь значимые для понимания мироздания вопросы задавались уже после просмотра, да и то — зрителями, а не персонажами фильма. Единственные вопросы, задававшиеся героями, пожалуй, всех фильмов про ксеноморфов — это “как убить Чужого?” и “WTF?”. Вместе с этим, Рипли, спасающая котика в первой части, и маленькую девочку — во второй, была гораздо лучшей иллюстрацией спасения человечества, чем весь экипаж корабля “Прометей”, какую бы почетную миссию он на себя не возложил.

В какой момент жанр научной фантастики в кино превратился из многослойного пирога в распластанную по тарелке пиццу — вместо того, чтобы позволить зрителю самому докопаться до самого интересного, ему подают все разом, мало заботясь о том, как он с этим справится. Еще бы: тут задача поважнее стоит — ответить на все вопросы мироздания за два часа.

Андроид Дэвид удивляется, как из малого может получиться большое
Андроид Дэвид удивляется, как из малого может получиться большое

И ведь это не вина самого Ридли — он, как был, так и остается режиссером первого “Чужого” и “Бегущего по лезвию”, и никакими гладиаторами этого не испортить. Ему 74 года, и его стремление поделиться своими мыслями о вечном вполне можно понять. Его обвиняют в отсутствии самоиронии, а ведь дедушка просто издевается — настоящая причина, по которой экспедиция на “Прометее” вообще куда-либо отправилась — это отнюдь не желание мультимиллионера вложить деньги в науку перед смертью.

В каком-то смысле, “Прометей” - еще и о том, что стремление человека узнать больше о мире, в котором он живет и — что самое страшное — изменить его под свои нужды, - деструктивно и приводит к последствиям, предсказуемым только для тех, кто уже посмотрел фильмы о Чужих с Сигурни Уивер. В общем-то, сцена “Прометея”, когда в маленьком камео появляется, собственно, сам Чужой — именно в об этом.

Многие считают, что Скотт снял фильм о связи между религией и наукой: дескать, в вопросах веры представители религии и науки равны. Но об этом Роберт Земекис 15 лет назад снял гениальный “Контакт”, да и сценарий в “Прометее” слишком сильно хромает, чтобы поднимать такие сложные вопросы.

“Прометей” выглядит, скорее, как издевательство над миром науки: теория эволюции легко отвергается учеными, едва воздвигшими каркас новой гипотезы о происходжении видов на базе каких-то сомнительных наскальных рисунков, и, строго говоря, вся “научность” ученых сводится к их вере в то, что в далекой-далекой галактике, вероятно, можно будет обнаружить нечто, что, возможно, будет колыбелью человеческой цивилизации.

Единственным доказательством весьма относительного торжества рациональным над нерациональным является андроид Дэвид. Идеальное существо с походкой Шелдона Купера, прической Питера О'Тула из “Лоуренса Аравийского” и внешностью Майкла Фассбендера вполне могло бы претендовать на то, чтобы называться вершиной достижений человеческой цивилизации. Но ему противостоят человеческая глупость и тщеславность, миллионы контейнеров с инопланетным биологическим оружием и нательный крестик главной героини. Какая уж тут наука - чистой воды креационизм.

Эскиз Гигера к тому интерьеру в фильме "Чужой", который стал основой для "Прометея"
Фото: thr.ru
Эскиз Гигера к тому интерьеру в фильме "Чужой", который стал основой для "Прометея"

Как и Дэвид, “Прометей” — это тоже своеобразная вершина. Благодаря тому, что Ридли Скотт — умелый режиссер, а Ганс Рудольф Гигер, создавший визуальную составляющую вселенной “Чужих” — талантливый художник, этот фильм, пожалуй, оправдывает возложенные на него надежды. Откровения не случилось, второго “Чужого” — тоже, но это лучшее, что может предложить нам фантастический жанр в новом веке, не считая слишком сказочного “Аватара” и слишком реалистического “Района №9”. Очень красивое, в меру умное и в меру идиотское кино о возможностях мира вокруг нас не снимали уже очень давно.

В прокате с 31 мая.

Дарья БадьёрДарья Бадьёр, Редактор отделов "Культура" и "Блоги"